Отговорила роща золотая… Новокрестьянская поэзия

– Есть вешний шум в сияющих дубровах,

Запев Садко, звон богатырских чаш!..

«Не сдержали станичники атаманов зарок…»

Не сдержали станичники атаманов зарок:

Схоронить атаманушку промеж трех ли дорог, —

На Болотной на площади на колу голова, —

Так с повольницей царская расплатилась Москва!

Стихла голь, и не пенится в Жигулях пьяный мед,

Снова Кривда кобенится и с побором идет…

Да зато Стеньки аховый не забудется клик,

Пусть монахи с анафемой, – песней вспомнит мужик!

    Ноябрь 1917 г.

«Никогда старина не загаснет…»

Никогда старина не загаснет:

Слишком русское сердце мое.

Позабуду ли песни на Клязьме!

Как я мчался с тяжелым копьем.

Разгорается удаль Добрыни!

Звяк железный кольчужных колец…

Глядь, я в лавре у древней святыни

Ставлю свечи, тихоня-чернец…

Вечевые прибойные клики!

Ветер Волхова вздул паруса!

То палач я, то нищий-калика,

То с булатом в разбойных лесах…

Не припомню, какого я роду,

Своего я не знаю села…

Ускакал я в бывалые годы,

Старь родная меня занесла.

    1924

«О, сколько их, просящих хлеба…»

О, сколько их, просящих хлеба

На тротуарах, папертях!

Зачем вас осудило небо

Влачиться у нужды в когтях!

Или к молитвам вашим глухо,

Или не видит, как толпой

Ребята, старики, старухи

Стоят с протянутой рукой?!

А тут же рядом блеск богатства,

Веселый говор, сытый смех…

Одним – утонченные яства

И ряд утонченных утех,

Другим – скитание до ночи

Из-за гроша, из-за куска,

Всегда заплаканные очи,

Всегда голодная тоска!.

    1909

«Одному-то сужено – ряса да скиты…»

Одному-то сужено – ряса да скиты,

А другому – бархаты, Жигули да нож.

– Путь – моя дороженька, и куда же ты,

Да в какую сторону парня поведешь?..

Где-то: в дыме ль ладана, о грехах стеня,

В келье я последнюю перейду межу,

Аль на площадь Красную поведут меня

И на плахе голову буйную сложу?..