Мир до и после дня рождения

 – Привет! Где ты была весь день?

– Да, так… – она заставила себя взбодриться, – болталась по городу.

Неправильно. Люди, прожившие почти десять лет вместе, никогда не говорят «болталась по городу». Она могла сказать, что ходила в «Теско», потому что у них закончился греческий йогурт, или в хозяйственный магазин на площади Слон и замок, потому что перегорела лампочка в настольной лампе в ее студии, – так обычно отвечают человеку, с которым живут под одной крышей. Ирина знала все о законе семейной ответственности, и несоблюдение постулатов было равносильно поднятому на вытянутых руках плакату с надписью: «У МЕНЯ ЛЖИВОЕ СЕРДЦЕ».

При этом она всегда завидовала таланту, так необходимому ее сестре в балете и Лоренсу в политике. Нет, не ловкости, а двуличию. Но никогда не хотела быть им наделенной.

– Мне казалось, сегодня ты собиралась усиленно работать.

– Вдохновения не было. Ты ведь знаешь, как бывает.

– Последнее время ты прячешь от меня свои рисунки, поэтому не знаю.

Она побрела за ним в кухню, где он принялся намазывать ореховое масло на крекер.

Движения были дергаными. Пять неотвеченных звонков прочно засели в голове.

– В «Блю скай» все в порядке?

– Обсуждали с ИРА прекращение вооруженной борьбы. – Слова звучали отрывисто. – Ничего, чтобы тебе было интересно… По какому поводу ты так оделась?

Она скрестила руки на груди, внезапно смутившись от внешнего вида, показавшегося слишком молодежным.

– Просто было настроение. Надоело то тряпье, которое ношу все время.

– Американцы, – проворчал Лоренс, – сказали бы «старье».

– Я наполовину русская.

– Не передергивай. У тебя американский акцент, американский паспорт, твой отец из Огайо. Кроме того, русский человек сказал бы «хлам». Правда? – Когда он не старался угодить, его русский становился значительно лучше.

– Что тебя… – Она замолчала, не дав еще одному типично британскому выражению сорваться с языка. – Тебя что-то тревожит?

– Утром ты дергалась, мечтая скорее приступить к работе.

Я звонил около десяти, телефон был занят, а в десять тридцать тебя уже не было. Насколько я понимаю, ты отсутствовала весь день. Ты занималась важными делами? Сомневаюсь.

– У меня не было настроения.

– Ты никогда так вызывающе не одевалась. И потом, настоящий профессионал своего дела сидит и работает даже тогда, когда у него нет настроения. Ты сама так всегда говорила.

– Ну, люди меняются.

– Разумеется. – Лоренс впился глазами в ее губы.