Николай. Мой друг Ленин

Навстречу им бежал адъютант со срочными телеграммами, maman кивала, приветствуя встречных дам.

Поздно было говорить о личном.

* Maman (перевод с франц. яз.) – мать.

*Papan (перевод с франц. яз.) – отец.

Глава IV

Каждое лето Маля жила в Стрельне, на любимой даче у Финского залива. «Под боком у Константина», – как говорила она, нравилось и её сыну Вове: здесь на их ферме жили козы и по утрам мальчик пил свежее, полезное молоко.

Этот дом был для Мали теплее, чем её вилла в Ницце. Она гордилась своим родовым гнездом, где всё устроено не просто роскошно, а удобно для жизни: построена небольшая ферма, разбит фруктовый сад и огородик, беседки и пруд в зарослях деревьев, клумбы с россыпью цветов у крыльца, кусты жасмина и усыпанные гравием дорожки.

Одна тропинка ведёт к купальням пляжа, другая к гаражу с автомобилями. Во всех дачных постройках и даже по дороге к дому сияет электричество, когда во дворце великого князя всё ещё жгут свечи.

К тому же в России её театр – огромная планета, а другого царства ей не нужно.

Она счастлива, когда танцует и получает ведущие партии в каких пожелает балетах, но знает – коллеги её не любят. Не любят даже не за то, что когда-то она была близка с наследником престола, и не от зависти к её красоте и таланту, а потому что она умеет покорять мужчин. Маля и сама не знает, как так получается, что стоит ей лишь с кем-то из них поговорить, и тот уже в её власти.

Она обожает покорять и нравится, и равнодушия к себе не выносит.

Что делать, Маля рождена очаровывать!

Она помнит день и час их знакомства – выпускной праздник императорского балетного училища.

По давней традиции поздравить выпускниц приехала царская чета и молодой наследник престола Николай Александрович.

На счастье, тогда она казалась себе красивой – тоненькая, лёгкая, воздушная – в училище её прозвали «стрекоза». И станцевала Маля отменно – её не раз вызывали на бис.

Наследника она видела впервые: он сидел напротив неё за столом, его большие серые глаза тянули её к себе, как магнит.

Они обменивались долгими взглядами, и, почуяв его молчаливый призыв, она будто слышала биение мужской плоти.

И тут с места поднялся Александр III:

– Господа педагоги и прелестные барышни! Пусть день сей будет флагманом вашей балетной жизни, и покинув стены училища – вашего причала, вы отправитесь в большой мир искусства. Будьте украшением и гордостью нашего балета!

Раздались дружные аплодисменты и заиграла музыка – начинались танцы.