Ангел Мёртвого озера

Ангел Мёртвого озера

Галина Николаевна Щербакова

Августовским днем, ближе к вечеру, немолодая женщина в светлом костюме, украшенном букетиком шелковых фиалок на отвороте, спустилась вниз в переход на Пушкинской площади. Скрылась во тьме коридора, а потом странным образом взлетела факелом… Это был московский теракт 2000 года, оставшийся нераскрытым и ненаказанным. Воронка того взрыва, возникшая, по допущению автора романа, в пространстве и времени, заполонилась водоворотом всевозможных людских судеб, свойственных для России неповторимых девяностых годов, то ли «лихих», то ли благословенных… Судеб очень разных – и часто взывающих к состраданию.

Галина Щербакова

Ангел мертвого озера

© Текст. Г. Н. Щербакова, наследники, 2020

© Агентство ФТМ, Лтд., 2020

?

– Вы продаете аспирин?

– Нет.

– Жаль, жаль. У отца кончился аспирин. Может, у вас есть чудодейственные зелья? Папаша любит делать чудеса.

– Нет, я никакими зельями не торгую. Я писатель.

– А почему вы думаете, что писатели не торгуют зельем?.

.

    К. Воннегут

Мозг

…Откуда-то из черного огня, легкая, как андерсеновская балеринка, возникла мысль: «Я не дочитала Воннегута. В книге остались очки». И сам автор, кудрявый, с высунутым языком, почти лизнул ее в нос. Но тут же другая мысль: «С языком – это Эйнштейн. Я их всегда путала». И снова ничего, хотя в черной стене появились сероватые мешки просветов. Одним словом, из небытия ее все-таки вытаскивал Воннегут. Она тогда, перед тем, как заложить очки в книгу, замерла на его фразе, что свободу воли надо брать за жабры, только так наступает преодоление.

Она решила, что с этим ей надо долго разбираться, и положила в книжку очки. Ведь у нее нет жабр? То, что у нее нет свободы воли, это безусловно. Если бы это был не Воннегут, она отложила бы книгу, и все. Но она уже много лет живет, держась за какую-нибудь чужую мысль. Это ее костыли. И вот доказательство: из небытия ее рванул худенький еврей, чем-то похожий на Эйнштейна, нашел у нее жабры и потянул вверх. Теперь она перед серым окном-мешком. Думает про свободу воли. Самое время! Ей хочется засмеяться над собой, но она забыла, как это делается, с той минуты, когда осталась одна, как…

Как что? Есть такое выражение: одна, как… что? «Перстами легкими, как сон…» – зазвенело в ухе. «Пальцами», – смеется Воннегут. «Пальцами», – хихикает языкастый физик. «Какая глупость, – думает она. – Один, как палец? Но пальцев – пять.