Человек-птица

Но являет собой зрелище беспомощной растрёпанной птицы с бессильно повисшими крыльями и безутешным взглядом загнанного в угол раба, сокрушённого годами и несчастьями вожделения свободы.

– Допрыгался?! – окидывает его взглядом хозяин. – Если раньше ты был смешон, то теперь – жалок! Бессмысленность твоей жизни делает её и тебя бесполезными. И теперь, когда ты непригоден для качания мехов, будешь, как и хотел, пугалом, распугивающим птиц в огороде!

Слёзы выступают на глазах свободолюбивого раба. Надзиратели, недоумённо пытаясь разгадать, не шутит ли хозяин, смеются: «А вдруг улетит?»

Но хозяин, осмотрев мастерски изготовленное чучело птицы и глиняные таблички, выходит прочь, поманив за собой не смеющего противиться сына раба.

А надзиратели хватают человека-птицу под крылья и тащат его к новому месту работы.

Рабовладелец с юношей обходят владения.

– Ты, Птах, говорят, понял, что вместо того чтобы летать, лучше научиться считать и записывать счёт? – спрашивает его хозяин.

– Я понял и, учась считать, учусь учитывать то, что есть.

Чтобы исходя из этого рассчитывать то, что будет или может быть, – отвечает он, сосредоточившись на своих мыслях и не замечая крайнего удивления хозяина.

– Куда это тебя понесло? Спустись на землю! – поворачивает он юношу к себе.

– Ах да, я здесь! – встрепенувшись, возвращается тот к земным мыслям. – Вот, к примеру, наблюдая за работой отца, я высчитал, что меха захватывают воздух и через узкую щель дуют его в горн. Но то же самое делает и ветер, создавая сквозняк.

Нужно только создать ему пути и условия, чтобы он направлял свои силы на полезное дело. Тогда бы не нужны были и рабы. – Он смотрит на хозяина.

– Ну что ж, правильно! Лучше стоять на земле и своими помыслами служить мне, чем витать в облаках и ломать шею, – удовлетворённо похлопывает его рабовладелец. – Только чтобы ветер не гулял в голове и не кружил её, а шея была целее, нужно держать их в узде и ярме.

– Ярмо, сковывая силы природы и волю человека, делает их рабскими! – по-мальчишески искренне противоречит тот.

– Для того чтобы они не своевольничали и выполняли волю своего владыки, – оторопев от наивной прямолинейности, пытается пояснить хозяин.

– Но я подсчитал, что пользы от этого не будет, потому как лишённый воли ветер перестаёт быть ветром, а человек – человеком, и становятся пустыми мехами, с прикованными к ним безвольными рабами.

– Которые беспрекословно служат моей воле и обогащению! – уточняет рабовладелец.