Мать-одиночка для магната

Она прижимает к бедру бежевый клатч в тон вечернему платью со струящимся полупрозрачным шлейфом и вырезом от бедра. Господин Каррас открывает для нее заднюю дверь лимузина. Спутница Александра откидывает с обнаженного плеча длинные, медового оттенка волосы, уложенные крупными волнами, и ослепительно улыбается ему.

Я испускаю последний воздух из легких, жадно вглядываясь в черты лица этой девушки. Маша зовет меня, а я не знаю, как обратно «включиться» в реальность. Врастаю в асфальтированную дорожку, внутренности плавятся от нехватки кислорода.

Может, жгучая боль отрезвит меня?

В прошлый раз мне не показалось.

Родинка в форме звезды на запястье… Ее овал лица, высокие скулы, улыбка, ямочки на щеках.

На втором этаже особняка Александра я видела Злату.

Моя сестра садится в лимузин, и следом в авто ныряет господин Каррас.

Глава 9

ВЕРА

? Мам, ну мам!

– А?

– Ты меня не слушаешь!

– Нет. Слушаю…

Не слушаю. Не могу. Не получается. Как переступили мы с ней порог дома, так плюхнулась я на диван и превратилась в немое изваяние.

Манюня мельтешит перед глазами, а у меня не выходит сфокусировать на ней взгляд. Я гляжу сквозь, в гипнотизирующую пустоту. Вместо головы ? чугунный котел. Мозговые шестеренки не функционируют. Мысли о сестре непрошибаемой армадой гремят внутри черепной коробки. Неистребимый леденящий страх гонит кровь по венам.

Мне ведь не показалось? Снова и снова спрашиваю себя, хотя прекрасно знаю ответ. Не показалось.

Я видела ее. Злата была с моим боссом. Моя сестра. Эта сбежавшая паршивка, которую я не видела пять лет, села в его лимузин, сверкая довольной улыбкой.

Машка дуется, что я не отвечаю ей, и убегает в свою комнату, с хлопком дверь закрывает. Я бы и рада объяснить ей, в чем причина внезапной перемены в моем поведении, да только что скажу? Я видела твою родную маму, а она, похоже, знать не знает, что мы поселились у нее под носом? Так, что ли? Она не поймет. Будет задавать вопросы.

И однажды мне ничего не останется, кроме как рассказать ей правду.

Я не ее мама, но люблю как свою.

Она и есть моя.

Всегда была и будет моей.

Злата мечтала выбиться в люди. Рада, что ей это удалось. Крутит шашни с Каррасом? Как давно? Знает ли Александр о пятилетнем прошлом моей сестры, от которого она избавилась, как от назойливой мухи?

Как же тесен мир.

Переждав стадию тотальной атрофии, эмоциональной и физической, я возобновляю движение.