(не)запланированная любовь

Максим учил меня, как правильно сжимать кулак, чтобы избежать повреждения кисти, однако в момент, когда адреналин, соединившись в гремучую смесь с умоисступлением, застелил красной пеленой глаза, из воспоминаний стерлись полезные знания.

– Выпусти пар, если станет легче, ? выдавливает Артем авторитетно, своим тоном смешивая мое отчаянное состояние с жалкой истерикой.

– Бессердечный козел, ? рычу я. ? Ты обсуждаешь МОЮ судьбу, МОЕ будущее так, словно строишь планы на следующий уикенд, выбирая между рыбалкой и поло.

Я не твоя марионетка, и ты обязан считаться с моим мнением!

Он выдвигает вперед подбородок. В непроглядной черноте глаз плещется недовольство.

– Я не выйду за тебя! ? клянусь ему свирепо.

– Мы обязательно вернемся к этому разговору, когда ты успокоишься. Уведите ее, ? играя желваками, обращается с просьбой к моей маме и Кате.

Отворачивается прежде, чем это делаю я. Крутит в длинных пальцах запонки из белого золота на рукавах темной рубашки и размашистыми шагами идет к камину.

Берет с него хрустальный графин-штоф с янтарной жидкостью, откупоривает и пьет из горлышка.

Безучастность родителей Максима ранит больнее и глубже. Неужели они ? люди, называющие меня дочерью, ? позволят Артему воплотить в реальность его чокнутый план, и отдадут ему?!

Я уверена, можно обыграть ситуацию иначе.

Должен быть другой выход.

Глава 6

Кисть слегка опухла, но боль по десятибалльной шкале достигает не критичной отметки. Терпимо, учитывая отвлекающий фактор ? перевернувшуюся вверх тормашками жизнь.

Достаточно выпить таблетку, чтобы вскоре распирающее, пульсирующее ощущение в руке сошло на нет. Жаль, что из головы вытеснить мучительные рефлексии не удается. Волна гнева не убывает, и последние два часа Катя великолепно справляется с тем, что выступает единственной преградой между мной и выходом в коридор.

– Ты не вернешься туда, ? строго-настрого запретила она, заслонив собой дверь, как только мы переступили порог спальни.

Мама, приговаривая и не отходя ни на шаг, принудительно посадила меня на кровать.

До этого дня я не подозревала о наличии во мне исполинской силы, которой хватило бы, чтобы отпихнуть ее, Катю и вырваться из спасительного плена. Я не хотела причинить им вред, поэтому пришлось успокоиться, удержаться на одном месте и переждать эмоциональную бурю, подрывающую ринуться прямиком в омут неприятностей.

– Можешь отлипнуть уже от двери, ? бормочу воинственной надзирательнице.