Дагестанская сага. Книга II

А Разия-ханум, приободренная его молчанием, продолжала:

– Ты-то целый день работаешь, отвлекаешься на людях, с друзьями общаешься, а вот я…

– А ты, бедная, ни с кем не общаешься, да? – иронично произнёс муж.

– Не надо так! Я ведь не жалуюсь, что мне не с кем общаться, я с удовольствием хожу и к Айше, и к приятельницам своим, да только вот… одиноко мне очень!

– Что значит одиноко? У нас, слава Аллаху, есть внуки, что тебе мешает ими заниматься?

– В том-то и дело, что им со мною неинтересно! Они только и знают, что об Айше говорят, всё «дадэй, дадэй», а я для них – так, троюродная тётка!

– Ну, значит, ты сама не смогла их к себе расположить или же не захотела! Короче, к чему весь этот разговор?

Под прямым взглядом мужа Разия-ханум собралась с духом и выпалила:

– Я вот что думаю: может, возьмём себе ребёнка на воспитание?

– Ребёнка? – Саидбек от неожиданности вздрогнул.

 – Что значит на воспитание? Ты имеешь в виду взять чужого ребёнка?

– Ну да… Есть же у нас детские дома, приюты всякие, оттуда и возьмём.

Меньше всего на свете Разия-ханум думала о детском доме. Несмотря на то, что она побаивалась мужа, всё же, прекрасно изучив его характер, женщина знала, что гнев его проходит быстро, а сердце у него доброе, как у ребёнка.

Несколько минут наступившего молчания показались ей вечностью. Потом Саидбек откашлялся и обратился к ней неожиданно мягко:

– Послушай-ка, жена, расскажу тебе одну притчу. У одного короля рождались все девочки, и он однажды сказал с досадой жене: «Родишь ещё хоть одну девочку, выгоню и тебя, и всех твоих дочерей впридачу!» Жена сильно испугалась, и когда в очередной раз забеременела, то накануне родов позвала к себе личного своего лекаря и поделилась с ним своими страхами.

«Ничего, – сказал ей лекарь. – Неподалёку отсюда расположен цыганский табор, и там одна цыганка разродилась сегодня сыном. Я с ней договорюсь, и если у тебя вдруг родится очередная девочка, то мы просто поменяем детей. Никто и знать не будет!». Так оно и вышло. Королевская дочь оказалась в таборе, а новорожденного сына цыганки тайно доставили в королевские покои. Счастливый король гордился сыном и не мог на него нарадоваться. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, король взял юношу с собою, желая показать все свои владения. Вот едут они по полям, по лесам, по горам, и в одном месте король увидел, что сын его задержался у какого-то дерева и внимательно его рассматривает.

– В чём дело? – спрашивает он юношу.