Волчий дар

Она, откровенно наслаждаясь сладким, увлеченно начала рассказывать ему о своей работе, размахивая ложкой. А он смотрел в ее сияющие глаза, улыбающийся рот, подвижное эмоциональное лицо и потрясенно понимал, что для него весь мир сузился до этой хрупкой человеческой девушки. Как же сделать так, чтобы она начала испытывать хотя бы десятую долю этого чувства?

Даша вдруг резко замолчала, уставившись на его кисть, расслабленно лежащую на колене.

– Что-то не так, маленькая? У меня руки грязные?

– А? Что? Нет, простите.

Наверное, это глупо прозвучит, но я засмотрелась. У вас нестерпимо красивые пальцы. Не смейтесь только, но красивые мужские руки – мой личный фетиш. Такие потрясающе гармоничные, я вам как художник говорю.

Брови мужчины приподнялись вверх. А волк внутри радостно осклабился – самочке нравятся его лапы! Михаил удивленно посмотрел на свою руку.

– Никогда не смотрел на свои руки с художественной точки зрения. Руки как руки.

– Позволите? – девушка поставила блюдце с выпечкой на столик и протянула к нему руку.

Разве он мог ей отказать в такой малости? «Я весь твой, маленькая. Безоговорочно и навсегда». Она взяла его ладонь обеими руками и начала внимательно рассматривать. А он млел от прикосновения ее нежных прохладных пальцев. Хотелось, чтобы она трогала его всего, хотелось ощутить ее пальцы на теле, коготки на плечах… Пришлось срочно брать себя в руки, фантазии могли увести очень далеко.

– У мужчин очень редко бывают красивые руки.

– До твоих пальчиков все равно далеко, – он осторожно погладил тонкие, длинные пальцы. Действительно – пальцы пианистки.

– Ой, ну неправда, – фыркнула девушка, – мои, конечно, не придется стыдливо прятать в чулан, но ваши просто скульптурно вылепленные. Обычно у мужчин не пальцы, а корни имбиря, с жуткими короткими культяпками ногтей под корень. Брр! – она засмеялась, а он замер, впитывая ее смех, ее прикосновения и стараясь не сожрать ее глазами.

Она прислонила их ладони друг другу.

– Удивительно, никогда таких крупных рук не видела. На фалангу длиннее моих, хотя я в детстве своих даже стеснялась. У подружек были крохотные ладошки, мои казались гулливерскими, – она тихонько засмеялась своим воспоминаниям. – Знаете, – она заговорила медленно, словно задумавшись, – я где-то читала, что человеку помимо еды, нужна пища для души. А душа питается красотой.