Волчий дар

Но, наверное, нужно спросить у Михаила, может он тоже проголодался.

– О, этот волчара всегда голодный, – засмеялась женщина, – особенно сейчас.

– Что вы имеете в виду? И почему волчара?

Женщина занервничала. Попыталась как-то невнятно оправдаться. Ее спас брат Михаила, неожиданно ввалившийся на кухню. Как всегда нестерпимо наглый в своей привлекательности, которую не портили ни старые потертые джинсы, ни футболка с черепом. Он плюхнулся на стул напротив девушки и попросил у Ольги кофе. Показалось, или женщина вздохнула с облегчением, поставив перед ним чашку и практически сбежав с кухни? Блондин нахально улыбнулся и откинулся на стуле.

Девушке захотелось похулиганить, с веселыми чертенятами в глазах она повторила за ним, окинув при этом его фигуру оценивающим взглядом.

– Нравится? – промурлыкал Роман.

– Неплохо раскачался. От баб, наверное, отбоя нет?

– Есть такое. Кстати, у Мишки бицухи не хуже. Попроси показать – не откажет.

– Зачем мне это?

– Хотя бы ради эстетического удовольствия.

Ты же у нас художник. И ему будет в радость перед тобой заголиться.

– Пф! Сомневаюсь, что ему захочется передо мной мышцой играть.

– А ты спроси. Вот и проверим, – подначивал ее Роман.

– Что проверим?

– Может ты ему нравишься?

– Чего? – захохотала девушка, – ты брата в зеркало видел? Нас если рядом поставить будет Красавец и чудовище. Кстати, чудовищем – это он меня называет. Так что не засоряй мне мозг. Уточни лучше у брата – будет ли он обедать. Меня Ольга кормить собирается.

Пойду наверх – переоденусь.

«Действительно непробиваемая. Бедный Мишка. Лишь бы я хуже не сделал» – подумал Роман, глядя вслед уходящей девушке.

В комнате Даша переоделась в купленный Михаилом домашний костюм с аппликацией единорога. Он был нежного цвета морской волны и такой мягкий, что к нему хотелось постоянно прикасаться. Девушка удивилась, как он угадал с размером. «Наверное женщин было столько, что он одним взглядом габариты угадывает, включая пройму и ширину плеча».

Стало смешно и немного грустно. Внутри что-то предательски сжалось. Михаил был настолько потрясающим, что даже мечтать о нем было нестерпимо самонадеянно. И страшно. Не стоило даже и начинать, чтобы потом горько не рыдать в подушку. Разбитые надежды колются очень больно. Даша чувствовала: стоит только чуть-чуть отпустить эмоции, отпустить контроль – и будет больно. Очень больно.

Она несколько раз глубоко вдохнула и взяла себя в руки.