Буриданы. Европа

Доехав до Ленинского тупика, Эрвин заплатил по счету, корректно, как он привык, добавив десять процентов чаевых. Таксист, кажется, с подобной щедростью встречался нечасто, он даже вышел из машины и помог Эрвину отнести наверх покупки – кроме лезвий, ему удалось раздобыть в универмаге дешевый плащ, простой клетчатый шарф и кепку, для конспирации, они должны были уменьшить опасность, что его в очередной раз примут за Риббентропа.

Уже за дверью квартиры Эрвин услышал, что внутри трезвонит телефон. Звонки шли почти без перерыва, один за другим, следовательно, звонили из другого города.

Простившись с таксистом, он вошел в прихожую и заколебался, снять трубку или нет. Он уже почти решил не снимать, но вспомнил вдруг про вчерашний разговор. А что, если в шутке Латиниста кроется доля правды, подумал он, что, если он отправил свои стихотворения в «Новый Мир» Твардовскому и теперь ждет ответа? И если это как раз Твардовский и звонит, хочет сообщить, что прочел стихи и собирается их опубликовать?

Но, если так, то было бы некрасиво подвести друга, поэтому Эрвин наклонился к телефону, пристроенному под вешалкой, на шкафчике для обуви.

– Алло! – сказал он спокойно и приветливо.

– Эрвин, ты?! – услышал он в ответ радостный, удивленный голос Лидии.

Первой мыслью Эрвина было сказать, что не туда попали, и положить трубку, но потом он передумал – все равно сестра его узнала.

– Естественно, я, кто же еще, – продолжил он бодро. – Или ты думаешь, что кто-то сможет сымитировать мой голос? Ты должна знать, что изменить внешний вид человека заметно проще, чем тембр голоса, тот имеет характер постоянный и остается таким же, как был, даже тогда, когда человек стареет.

Я всегда удивлялся, почему теологи не использовали этот факт в качестве доказательства бессмертия души.

Этим рассуждением он убил две мухи одним ударом, с одной стороны, выиграл время, чтобы собраться с мыслями, и, во-вторых, дал КГБ – если оттуда прослушивали разговор – понять, что двойниками им его обмануть не удалось.

Лидия молчала, наверно, не знала, что ответить, но, возможно, ждала инструкций.

– Эрвин, почему ты от нас сбежал? – спросил она наконец. – Тимо так расстроился.

Голос сестры звучал грустно, и Эрвин настроил себя на ту же волну.

– Лидия, милая, я сам не знаю, что мне пришло в голову. Со мной иногда случаются такие странные вещи.

– Но теперь все прошло?

– Да, сегодня я себя чувствую уже совсем неплохо.