Танго «Натуральный хозяин»

Очередь регулировали охранники «Магнита» в чёрно-красной форме, и это было очень кстати, так как люди норовили любыми правдами и неправдами протиснуться вперёд, минуя соседей и правила приличия. Очередь была хмурой, нервной, взвинченной, кое-где в её гуще вспыхивали локальные конфликты, начиналась толчея, но до мордобоя и поножовщины, слава богу, пока дело не доходило – охрана справлялась. Особо буйных охранники выдёргивали из толпы и бесцеремонно сопровождали в стоявший неподалёку полицейский уазик. На головы людей в очереди медленно и бесстрастно пошёл первый, ещё робкий снег.

Надвигалась неизбежная зима. Вид посеревших озабоченных лиц, заштрихованных росчерками пушистых снежинок, вызвал у Ивана абсолютно упаднические ассоциации, которые он охарактеризовал про себя как «зима надежд»…

Делать нечего, Рита и Иван встали в хвост очереди, прислушались к разговорам.

– Я спрашивала у вышедших, им до дверей магазина полтора часа простоять пришлось…

– Так то тем, кто в восемь сюда встал! Сейчас все три часа протопчемся…

– Говорят, греча и рис кончились, но к пяти часам обещали подвезти ещё.

С утра греча была по восемьдесят пять за кило, а пока мы зайдём, уже все сто нарисуют!

– Пока зайдём, одни макароны да горох останутся, и то если повезёт!

– Соль, сахар, мыло и спички по цене уже вдвое ко вчерашней продают!

– Только что объявили, что на одного человека продуктов отпускают не более чем на пять тысяч рублей…

– А если у меня трое детей малых дома и мать-инвалид неходячая?

– Привози всех с собой, Матрёна, хоть на коляске, чё ты думала!

– Говорят, на Пестеля магазин армянский продуктовый ночью под ноль обнесли, витрину выставили, сигнализация сработала, но полиция даже ухом не повела, налётчики грузовиком продукты вывозили…

– А я своего зятя в Широкино на микрике послала картошки у селян закупить – сколько увезёт…

Рита шепнула на ухо Ивану:

– Мне это всё напоминает сцены из фильмов о начале Великой Отечественной войны.

Кажется, будто это постановка… В голове не укладывается, что всё происходит с нами и в наши дни!

Домой они вернулись лишь к семи вечера, таща в руках, на плечах и чуть ли не в зубах ворох пакетов и сумок, раздувшихся от круп, соли, сахара, яичного порошка, мыла, сгущёнки, хлеба, галет, сухарей, муки, чаю, спичек… Вернулись усталые как черти и опустошённые, даже друг с другом сил говорить не осталось. Бока ныли от локтей соседей по очереди.