Всегда найдётся тот, кто разобьёт шары

– Папа, дай, пожалуйста, денег. Мне завтра уже ехать, занятия в техникуме начинаются, – смущённо проговорила девушка, робко глядя на отца.

– Какие ещё деньги?! Тебе деньги?! – Одутловатое лицо пьющего человека весом под полтора центнера помрачнело. – Разве можно тебе доверить деньги? Ты же их тратить не умеешь, на мороженое да кино со шмотками враз потратишь! А знаешь, как тяжело деньги достаются?!

– А что делать, папа? Мне как-то надо жить в чужом городе, питаться, ездить на учёбу, одеваться… Папа, пойми, мне очень нужно, как я без денег-то жить буду?! – Юля всхлипнула и утёрла проступившие слёзы отчаяния; неожиданно для себя она вдруг попыталась представить, каково это человеку умирать голодной смертью.

– Ладно… чего расхныкалась! Живи, как и другие живут: работай, ищи подработки разные. Ты будешь получать стипендию – вот и живи на неё; если будешь экономить, тебе её надолго хватит.

– Папа, ну что ты такое говоришь! Мне только четырнадцать лет, кто на работу такую возьмёт?! Я же на дневном отделении учиться буду – да у меня и времени работать не будет совсем!

– Ну не знаю… не знаю.

Крутись, выкручивайся как-то… Всё в твоих руках.

Вот так дела, родной отец отказывается ей материально помогать! Юлия никак не ожидала такой реакции папы на её просьбу помочь деньгами. Интересно, он сам по себе жестокий, бессердечный человек или стал таким под влиянием своей сволочной подружки Тони?! А вот и она, легка на помине – выходит из туалета, вся накрашенная, намазанная. Это что же получается, сидя в туалете, она слышала весь разговор?! Тонька вразвалку подошла к Юле, оглядела её с ног до головы, усмехнулась и с вызовом в голосе произнесла: «Ну что, дорогуша, ты всё поняла? Иди давай работай, хватит уже на шее отца сидеть!»

От слов папиной сожительницы внутри у Юлии всё закипело ненавистью; со словами «Ах ты, гадина, получи!» она вцепилась ногтями Тоне в волосы и дёрнула их так сильно, что женщина вскрикнула от резкой боли.

Затем Юля принялась наносить ей удары кулаком по лицу. Била долго, и неизвестно, сколько ещё продолжала бы делать это, если бы её не остановил отец. Он схватил Юлю за запястья и с трудом сумел оттащить от своей сожительницы…

На этом в общении дочери с отцом была поставлена точка. Больше они уже никогда не будут по-родственному тепло общаться друг с другом. Юля по приезде в Скопино будет стремиться не заезжать домой, а останавливаться каждый раз у сестёр; на каникулах же будет уезжать к родным в деревню.