Всегда найдётся тот, кто разобьёт шары

Подтверждением тому служит история, произошедшая с Лидией, приехавшей в Неаполь с далёкого Урала.

Эта чрезмерно активная дама была первой девушкой у себя на деревне и со знанием дела разбиралась как в сексе, так и в том, как выгодно можно заработать на этом деньги и прочие блага. Имея стройную фигуру, окрашенные в вызывающе розоватый цвет непокорно торчащие в стороны вихри волос и смазливую мордашку, Лидия являлась признанным авторитетом в области обольщения мужчин. Стоило ей ласково посмотреть на ничего не подозревающего мужчину, а затем загадочно подмигнуть ему тем глазом, что косил у неё в сторону переносицы, – как жертва вмиг теряла дар речи и была готова следовать за ней хоть на край света.

Со временем, перебрав имевшихся в наличии в её родной деревне мужчин, Лида решила, что настала очередь мужчин заморских. Выбор пал на Италию, ибо прослышала она, что на земле той благословенной обитают интереснейшие во всех отношениях мужчины, на которых к тому же можно и неплохо заработать.

По прибытии в Неаполь она честно призналась женщинам, что работать ей не хочется, а тем более какой-то там сиделкой. Только этого ей ещё не хватало, как дежурить у постели старика и подносить ему судно. Ведь можно зарабатывать несравненно больше и в более комфортных условиях, только лишь временами раздвигая ноги перед местными мужчинами.

И пошло-поехало, понесло Лидию по чужбине стремительно и неудержимо. С присущим ей профессиональным прилежанием она щедро одаряла своей любовью доселе невиданных ею экзотических мужчин с непривычной для неё внешностью и темпераментом.

И несло дорогую Лидку по заморским городам и весям до тех пор, пока с ней не случилась неприятность: она была задержана полицией, обвинена в проституции и с треском выдворена из гостеприимной Италии.

Вернувшись в Россию, с позором изгнанная, но не сломленная духом Лида с присущей ей настойчивостью сменила свою фамилию на девичью и вновь устремилась в Неаполь, не забыв на этот раз прихватить с собой двух детей-подростков.

Оказавшись в Италии, не теряя времени даром, она ещё с большим энтузиазмом принялась за старое.

Дети её тем временем были предоставлены сами себе, в школу их не приняли за отсутствием требуемого минимального уровня базового образования. Вскоре старший сын, пятнадцати лет от роду, прильнул к какой-то преступной шайке, а тринадцатилетняя дочь стала напропалую спать со сверстниками, а позже перекинулась и на взрослых.