Клиника С…

Сам углядел, лично.

– Это что за препарат? – в офтальмологии Валерия Кирилловна была не сильна. – Расширяющий зрачки?

– Он самый. Мидриатик, более щадящего действия, нежели атропин. Расширение зрачков через пять минут после закапывания, эффект длится до двух часов. Вот зачем ей понадобилось постоянно иметь при себе препарат, используемый исключительно для диагностических целей?

– Пожалуй, ты прав, – согласилась Валерия Кирилловна. – Что предлагаешь?

– Избавляться! – Яцына решительно рубанул в воздухе ладонью.

 – Рано или поздно она начнет чудить, и тогда… Ну, не вам это объяснять, Валерия Кирилловна…

У старшей медсестры хирургического отделения благодаря ее служебному положению есть определенные возможности, иначе говоря – доступ к сильнодействующим и наркотическим препаратам. Контроль строг, злоупотребления обычно быстро вскрываются, но до того можно успеть натворить дел.

– …замену я найду, – продолжал Яцына, – у меня в отделении толковых сестер хватает. И на чем Ксюшу зацепить, чтобы предложить ей написать заявление «по собственному», тоже найду.

От вас мне нужна поддержка. Она же непременно побежит жаловаться на меня к вам или к Галине Федоровне…

Галину Федоровну, главную медсестру института, сухопарую въедливую придиру, немного побаивался не только сам директор, но и его дочь, которая в стенах института ни с кем не считалась, ну, условно, вроде бы как признавала авторитет отца. Помимо ужасного во всех отношениях характера, Галина Федоровна имела двоюродного брата, занимавшего не самый последний пост в президентской администрации.

Попробуй-ка кто тронь такую, рискни своим хилым здоровьем!

– С Галиной Федоровной я сама поговорю, – перебила Валерия Кирилловна. – Не бойся, поддержим. Нам наркоманы не нужны, тем более – в старших сестрах. А ты для начала попробуй с ней поговорить начистоту, по душам, может, тогда и гнобить не придется.

– Да какой наркоман признается в том, что он наркоманит? – искренне удивился Яцына.

 – Только лишний скандал получу.

– Возможно, ты и прав, Славик. А кого на ее место планируешь? Снова какую-нибудь молодую?

– Нет уж, спасибо! Вот где у меня эти молодые сидят! – Ростислав Васильевич чиркнул большим пальцем по горлу. – Скорее всего Тарасенкову, она, может, не такая шустрая, как Ксюша, но зато колоться не начнет и в декрет не уйдет. И в личной жизни у нее стабильность – обе дочери замуж вышли. Не женщина, а воплощение надежности.