Тельняшка. Автобиографическая повесть

По приходу в Беринговский мы намеревались выпить содержимое бидона, однако осуществить задуманное нам так и не удалось…

Семь бед – один ответ!

«Макарьин» стоял на рейде Беринговского.

К борту судна привычно подходили самоходные баржи. Началась погрузка угля.

В первый день стоянки в Беринговском нас вызвал к себе старпом.

Как только мы зашли в его каюту, в нос ударил резкий запах перебродивших дрожжей.

На его огромном столе, заваленном кипами бумаг, стоял наш бидон с брагой.

«Потрудитесь объяснить, товарищи курсанты, откуда в каюте, где находился больной, оказался этот бидон с сивухой?!» – произнёс он сердито.

Мы молча опустили головы. Никто из нас не хотел признать, что это наших рук дело.

– Сегодня я делал обход по судну и заглянул в эту каюту. Как только я зашёл в неё, то сразу же почувствовал запах дрожжей. Открыл рундук и обнаружил этот бидон с сивухой. Итак, я вас спрашиваю, чья была идея поставить брагу, где взяли бидон и дрожжи? – рявкнул старпом.

– Это не мы! То есть это не наш бидон, и мы ничего такого не делали! – робко ответил Андрейка.

– Ключ от каюты был только у меня и у вас. Если бидон с сивухой принёс и поставил в рундук не я, то, следовательно, могли сделать это только вы! – мрачно заметил старпом.

– А может, это кто-нибудь из экипажа ещё до нас поставил? – почти шёпотом заметил Андрейка.

– Детский сад! Взрослые мужики, а ведёте себя как малые дети! Значит так, ключи от каюты немедленно сдать мне! А ваш поступок мы будем разбирать на общесудовом собрании! Если решите признаться в содеянном, то обойдёмся выговором.

Самопогрузка на рейде в порт-пункте Беринговский

В противном случае вам всем грозит отчисление из училища. Всё, свободны! – отрезал старпом и указал нам на дверь.

Мы молча вышли за дверь. На душе скреблись кошки. Невинная детская шалость превратилась в серьёзную взрослую проблему. Вылететь из училища из-за бидона браги!

После ужина мы собрались все вместе в каюте и решили, что во что бы то ни стало мы будем всё отрицать.

В этот же вечер, по скверному стечению обстоятельств, произошёл ещё один неприятный случай…

Я лежал на шконке в своей каюте и читал книгу. Неожиданно ко мне в каюту зашёл мой однокашник – Игорь Лобанов, по прозвищу Лэбан.

Лэбан был известен в нашей роте тем, что он был неутомимым изобретателем разных козней.