Шницель Грей. Рассказы о собаках и людях

Темную серо-шоколадную дворняжечку, совсем небольшую, и они стали бегать по округе вместе. Беляшик, как положено, у нашего буфета выпрашивал кусочки и приносил их ей, сама она к людям никогда не подходила и только дожидалась его, стоя в стороне, в газоне. Возможно, по причине ее стеснительности, диковатости и нелюдимости, к ней так и не прилипла ни одна из кличек, которые пытались дать ей студенты: «Ватрушка», «Шоколадка» и прочие «Муськи», «Жучки» и «Найды» не подошли ей совсем. Так и бегала за Беляшиком симпатичная и тихая темненькая собачка безымянной.

Потом наступило лето, студенческие каникулы, мы все разъехались в отпуска, и, вернувшись только в начале сентября, я был приятно удивлен тем, что Беляшек со своей дамой за лето никуда не делись, а по-прежнему ошиваются у нашего факультета и выпрашивают у народа вкусняшки.

Время сделало свой круг, снова листья были желтыми, кафедра и факультет расцветали интригами, студенты балбесничали, а я проповедовал на лекциях и на большом перерыве между парами угощал беляшами уже возмужавшего пса и его «леди».

Иногда вечерами Беляшик дожидался меня и провожал до машины, словно спрашивая, как прошел мой день, и пытаясь рассказать о своем житье-бытье. Он был такой трогательный, даже став совсем взрослым, что я искренне радовался каждой нашей встрече.

Увы, но через некоторое время Беляшик и его дама вдруг пропали. Я был занят работой и поначалу даже не придал этому особого значения, пока однажды вдруг не понял, что не встречал Беляшика уже недели три.

Рядом с нашим корпусом расчищали строительную площадку, и я тогда заподозревал, что, может быть, его логово повредили или что-то подобное, но было все равно странно, ведь он со своей дамой сердца исчез в моменте и насовсем. Я старательно приходил каждый перерыв к буфету, но Беляшик больше не возвращался.

Студенты, заметив мою обеспокоенность, наперебой рассказывали мне истории одну ужаснее другой, кто говорил, что собак отравили, а то и вообще пристрелили, другие говорили, что отловили городские службы.

Третьи рассказывали такое, что я и писать этого не буду.

Никакой интриги не будет, милые мои читатели, мне так и не удалось узнать, что случилось с Беляшиком, но я очень хочу думать, что жуткие слухи – это просто закономерная необходимость городского фольклора, частью которого, несомненно, являются и разнообразные студенческие байки, и к реальности все это не имеет совершенно никакого отношения.