Добрые сказки для взрослых людей

Ведь благодаря фонарщику и фонарям в мире каждый день становится капельку светлее и кто-то может найти дорогу домой или не пройти мимо того, кому в этот миг нужна помощь, а это не так уж и мало.

Так вот, когда наш Фонарщик в первый раз взял свою лестницу и вышел на улицу, он еще не знал, что с этого мига он стал немножко волшебником.

И чудеса не заставили себя долго ждать.

Я сидел на скамейке напротив, когда Фонарщик приставил свою новенькую, не запачканную еще маслом лестницу к ножке первого в своей жизни Фонаря и полез вверх.

Фонарь выпрямился, чтобы Фонарщику было удобнее крепить лестницу и неизвестно откуда взявшейся рукой снял свою шляпу-крышку.

– Добрый вечер, господин Новый Фонарщик!

Фонарщик едва не упал с лестницы, но Фонарь успел поддержать ее второй рукой.

– Ох, забыл, что в первый раз все пугаются. Не стоит беспокоиться, я действительно могу с вами говорить, ведь вы теперь волшебник, ну а я – волшебный Фонарь.

Фонарщик беспомощно оглядел улицу и взгляд его остановился на мне.

– Да-да, этот старый фонарь отличается разговорчивостью, – успокоил его я и затянулся трубкой.

– Как! Вы тоже можете его слышать? – Фонарщик уже не знал, что и думать.

– Конечно могу. Ведь я тоже волшебник, хотя мое волшебство и не связано с зажиганием фонарей.

Старый Фонарь отпустил лестницу и почтительно кивнул своему новому знакомому.

– Вы еще не представляете, как много интересного с вами произойдет на этой улице, – заговорщически подмигнул Фонарь и показал рукой на проспект, – я стою тут более ста лет и поверьте мне, повидал такого…

Фонарщик окончательно свыкся с мыслью, что фонари могут разговаривать, а волшебники – сидеть летним вечером на лавочке, покуривая ароматный табак и посмеиваясь в усы, он успокоился и с интересом посмотрел на нового знакомого.

Вечер тихонько вступал в свои права, набрасывая на Город пелену из вечернего аромата цветов, цокота копыт по мостовой, запаха горячих камней и того особенного, ни с чем несравнимого запаха летнего вечера, какой может быть в Городе только в июне.

Фонарщик шел по улице, подходя то к одному, то к другому Фонарю, зажигал огонек, и в городе становилось немного светлее и теплее.

А Фонари по очереди снимали шляпы, кланялись и приветствовали своего нового спутника.

Я часто видел потом из окна своего дома, как Фонарщик, завершив работу, возвращался к Старому Фонарю и подолгу беседовал с ним, порой даже в метель не торопясь домой, долго дискутируя и слушая что-то.