Люди в горах. Рассказы

Мозг отпечатал увиденное мгновенно…

На самом верху гребня примерно на высоте 700 – 800 метров точно над нами от стены оторвался огромный кусок скалы, оставив на месте отрыва белое пятно, чётко выделяющееся на фоне коричневой под солнцем гигантской зазубренной горы.

Это он, огромный, как дом, остроугольный камень, вращаясь, издавал смутивший меня меняющийся в тональности свист.

Камень быстро падал прямо на нас, а вокруг, как почётный эскорт, его красиво сопровождал целый рой мелких камней.

– Камень! – что есть мочи кричу я.

Но, видимо, все уже и без меня поняли грозящую нам опасность. Куда ушла усталость, благодушие и ленивое самодовольство! Нашему суетливому, паническому бегу не мешал даже очень глубокий и порядком за день раскисший снег…

Дикий страх заставил самопроизвольно всю нашу шестёрку в спринтерском темпе с тяжёлыми рюкзаками бежать изо всех сил вперёд, подальше от воображаемой траектории падающих на нас камней.

Произошло это в какие-то несколько секунд.

На лице инструктора нашего отделения, тридцатилетней русоволосой москвички Нади веснушки почему-то очень ясно проступили на фоне совершенно белого лица. Говорить она не могла: пережитое тяжёлым грузом ответственности зашло в душу. Да и не нужны нам были никакие слова. Молча мы быстро пошли по направлению к нашей очередной вершине…

…Уже в лагере среди скал обычно суровый и немногословный Гоги Джапаридзе долго смеялся, слушая наш рассказ.

– Нужно иметь сильное сердце, и тогда число 13 будет счастливым.

ЧЮРЛЁНИС

«…Мечта где, фантазия где?.. Почему

У нас нет Чюрлёнисов? Ведь это же

музыкальная живопись!» (М. Горький)

Кавказ. Мы спустились с вершины и заночевали в живописном лесу на берегу горной речки. Утром туман плотно заполнил ущелье, где стояли наши палатки.

– Смотрите!

Высоко в небе из туч торчал острый конец верхушки горы, с востока подсвеченный восходящим солнцем. Казалось, что вершина просто парит в небе, переливаясь бликами льда и скал. Мираж из тумана!

Мы стояли, очарованные фантастической картиной, и, задрав головы, смотрели вверх под аккомпанемент ненавязчивой, приглушённой музыки от горной реки, пения уже проснувшихся птиц и шелеста листвы.