Люди в горах. Рассказы

Единственная отдушина в жизни – горы и друзья…

В 1986 году я планировал сложный горный поход с интересными вершинами и перевалами. Пригласил Аню. Она с удовольствием приняла моё предложение, мы договорились о необходимом объёме тренировок…

1 мая 1986 года Аня вместо демонстрации, переодевшись в спортивный костюм, выбежала побегать. Было ветрено. Светившее было солнце внезапно скрылось за тучами, пошёл сначала мелкий косой дождь, а потом хлынул настоящий ливень… Аня вымокла насквозь, но разве это в первый раз? Я тоже очень люблю бегать под дождём! Но…

Странно, что Аня с её колдовским чутьём не почувствовала опасность, принесенную этим первомайским дождём.

Тучи шли от Чернобыля, от продолжающего извергать свой смертоносный пар реактора. Неужели она ничего не слышала о6 аварии? Тайна…

Всё это я узнал гораздо позже, а тогда я много раз звонил Ане, не мог почему-то застать дома. Потом мне домашние всё-таки сказали, что она тяжело болеет. Чем болеет, почему? Поход для неё сорвался. Она со мной говорить на эти темы не хотела.

В чём дело?

Через два года я поехал в командировку в Мукачево на Всесоюзную конференцию по нестационарной газодинамике. Позвонил Ане, сказал, что буду во Львове проездом.

Мы встретились. Она внешне ничуть не изменилась – такая же лёгкая, хрупкая, изящная, чуть беззаботная с мягкой улыбкой. Пригласила меня на именины к друзьям. Именины в лесу за городом.

Была ранняя украинская осень, много жёлтых листьев, нежаркое уже солнце. У Ани много друзей. Песни под гитару.

Лунная ночь. Тепло от леса и приятных, открытых людей.

Я гость, мне любопытно, какие друзья у нашей колдуньи. А колдунья и не пыталась мне что-либо объяснять, по-моему ей было не очень весело, она ушла вся в себя. Она изменилась, с ней что-то произошло, но спрашивать мне было неудобно. Я ждал, что скажет Аня сама…

А между тем мне пора было уезжать домой. Мы с Аней шли по чудесному разноцветному лесу к городу, болтая о пустяках. Она всячески избегала больных тем, планов на будущее и не отвечала на вопросы, которые стояли у меня в глазах.

У перекрёстка, где лес кончался и где должны были разойтись наши пути, мы остановились. Я по-прежнему не знал, как себя вест и и что говорить.

– Прощай, Аничка, – говорю ей тихо.

Она подошла, уткнулась лицом мне в рубашку и заплакала… Больше мы не виделись.

ЛИЛЯ

«Как часто в юности тревожной,

Не глядя слишком далеко,

О жизни думается сложно,

А совершается легко.» (В.