Люди в горах. Рассказы

На тренировках старательная, хорошо бегает. Какая она в горах – не знаю. Татьяна – не такая яркая личность, как её подруга, и внешне, и духовно. Часто меняет свои решения, на тренировках – не из первых, в ней постоянно видна какая-то неуверенность в глазах и в действиях. Хотя, может быть я ошибаюсь? Горы покажут!

А мороз крепчает, прихватывает открытые места – уши, нос, подбородок. Мёрзнут ноги в ботинках. Спасение только в быстрой ходьбе! И тут слышу голос Тамары:

– Дима! Подождите!

Оборачиваюсь – Таня сидит на снегу, опустив голову…

– Таня, в чём дело?

– Не могу, Дима, нет сил, давайте отдохнём…

Я подхожу вплотную к Тане.

Она устала, как все, но на неё психологически сильно действует ночь, сильный ветер, мороз. Группа собралась кольцом вокруг неё. Я объясняю, что через час мороз будет -20 С, ветер усилится, фонарей у нас нет, мы целый день не ели горячего, одеты мы плохо, не по погоде. Кроме того, если вдруг начнётся пурга, как это часто бывает зимой в горах, то Вулканический Зуб виден не будет, мы потеряем ориентир и просто замёрзнем все. Нас может спасти только быстрая ходьба. По моим расчётам идти минимум ещё 2 часа.

– Я прошу тебя понять это, встать и идти вместе с группой!

Я говорю медленно и спокойно, даю Тане руку, она встаёт, и мы продолжаем движение. Все идут молча, низко опустив головы, как бы защищая себя от морозного ветра.

Через 20 минут слышу снова голос Тамары:

– Дима!

Таня снова сидит на снегу! Понимаю – логика в этих условиях не работает.

Одни эмоции, причем эмоции отрицательные. Уговоры бесполезны! Таня никогда не была в подобной переделке. Ее слабая, вялая воля не подготовлена к терпению, к самосохранению, к борьбе с усталостью.

– Встать! – кричу я над ухом Тани. Группа смотрит на меня с удивлением. Они таким меня еще не видели. Парни и девушки бьют нога об ногу, пытаясь согреться.

Таня с трудом поднимается, и мы идем дальше, Я периодически смотрю то на часы, то на Таню. Полная депрессия, рассудок почти отключен, еле передвигает ноги.

Пусть медленно, но идет, лишь бы не садилась в снег.

– Если ты остановишься, то замерзнешь насмерть. И мы вместе с тобой! – кричу я.

По моим расчетам нам еще идти 1 час 20 минут. Может быть затянуть строевую песню, Таня песни любит, всегда поет с удовольствием. Нет, нужно оставаться грубым и резким, пусть сейчас она меня боится!..

Таня через каждые 15 минут садится в снег, и каждый раз я командирским, скорее злым окриком отрывал ее от снега.