Амарок. Или Последняя игра

Ради этой диадемы даже пришлось захватить Керчь, а потом и Ставрополь, куда в спешном порядке эвакуировали «золотой чемодан» из Керченского музея. В этом «золотом чемодане», кроме украшений готской царицы находились восемьдесят килограммов золотых и серебряных предметов – бесценных сокровищ Крымских курганов.

В итоге, «золотой чемодан» исчез, а диадема готской царицы стала одной из главных реликвий «Наследия предков».

Только где сейчас эти реликвии?

А там же, где и сам Гитлер, и его жена Ева Браун (у которой, судя по всему, тоже был двойник), не считая обслуги и охраны из самых доверенных лиц.

Причем, каждый знал только свою часть плана.

Мюллер – создать двойника №1, а самого Гитлера отправить в Испанию. Кто-то должен был создать двойника №2 и отправить его на юг Африки. Кто-то создать двойника №3 и отправить его к друзьям тибетцам, которые могут укрыть в своих пещерах целую цивилизацию.

А из Испании – в южную Америку – в Патагонию, Аргентину и Бразилию, куда всю войну регулярно курсировали большие подлодки рейха, доставляя оборудование, механизмы, оружие и людей, а главное – золото, за которое в этом мире можно купить все, а золота они успели припрятать много.

Пришлось даже одну такую лодку, набитую золотом и ураном отправить в США, чтобы откупиться от поисков хоть на время, а там уже будет не до него – новые герои, новые проблемы, новые войны, которым понадобятся новые Гиммлеры и Борманы, а старый спец Мюллер станет у США самым крупным экспертом по России.

Кто-то после Испании отправил Гитлера в другую точку мира.

Чем больше двойников, тем легче зупутать след.

Он это понял еще тогда. А еще он понял, что двойникам верить нельзя.

Сегодня он двойник, а завтра…

Никто даже не заметит подмены. Все так же будут звенеть по утрам будильники, чтобы пробуждать народ на новые свершения. Все так же будет звучать музыка, и все так же будут любить и предавать любимых.

А пока Они ждут.

Может даже подталкивают к каким-то действиям, чтобы он совершил ошибку и потерял бдительность. Или ждут какого-то сигнала.

Но там, за границей, тоже умеют ждать, и первыми, конечно, не начнут. Для них он был и остается страхом, к которому привыкнуть невозможно, а значит что-то должно было случиться здесь и сейчас, но он своей непредсказуемостью постоянно все срывал, и в их План приходилось вносить все новые и новые коррективы.