Не буди лихо…

– Если ты тут бываешь три раза в год, то я был один, и то года три назад, – подметил Покахонтов, следуя за своим другом, – так что, если не хочешь инцидентов в своем логове разврата и порока, то будь добр все досконально показать. Меня больше интересует, где газ перекрывать и как сигналка работает, а не твои бильярды, телевизоры.

– Не боись, все будет, – заверил его товарищ.

Третий этаж был владениями хозяина. Большая спальня, сверкающая ванная, комната с джакузи.

Вид из окон завораживал.

– Тут стекла затемненные, так что можешь намываться и голым расхаживать, никто не увидит. Если только ты в ночи при полной иллюминации не будешь этим заниматься, – сообщил радушный хозяин. – Белье чистое, лично проверял, так что можешь не бояться.

– Зная, зачем ты сюда приезжаешь, все-таки некие опасения присутствуют, – пошутил ученый, – придется по приезду к венерологу заглянуть.

– Обижаешь, братан, – по-детски надулся Николай, – гадости говоришь.

Можно подумать, я сюда каких-то шлюх подзаборных таскаю.

– Да ладно тебе, что ты, приколов не понимаешь? – даже удивился Дмитрий Александрович.

– В каждой шутке, как говорится, – многозначительно высказался его друг, – ладно, проехали. Пошли вниз, покажу тебе, как газ перекрыть и воду. Что там тебя еще интересовало?

Спустя час Заверсин отбыл. На прощание они крепко обнялись, словно Николай уезжал не на отдых в Турцию, а как минимум на войну.

Куча словно чуяла, что любимый хозяин уходит и не берет ее с собой, печально сидела, опершись на ноги Покахонтова. Ученый поправил традиционно съехавшие с носа круглые очки и душевно попросил:

– Коль, ты только будь на связи, о'кей? А то мало ли что.

– Не боись, Димуля. Привезу тебе в подарок что-нибудь потрясное, раз ты от денег отказался. Не переживай, не притягивай негатив, и все будет в шоколаде, братан.

На прощание Заверсин посигналил и был таков.

Покахонтов постоял на дороге, смотря вслед удаляющейся машине, зашел обратно и закрыл калитку на все засовы. Он зашел в дом, так и не заметив тучную фигуру на балконе соседнего огромного дома из белого кирпича.

* * *

Весла почти беззвучно опускались под воду и так же тихо поднимались вверх. Варун в который раз подумал, как смог Мытарь выжить в таких гиблых местах вдвоем с котом.