Голова пополам. Грядет Великая Битва

Я не хотела верить, что ты больше не придешь. Мне хотелось надеяться. И я дарила себе эту надежду еще несколько дней после. Я впала в слишком сильную зависимость от тебя. А ты всего лишь играл со мной.

Мы говорим: «Я доверяю тебе», когда боимся, что стали игрушкой.

Да, мы абсолютно доверяли друг другу. Мы доверяли друг другу все. Могли говорить обо всем на свете. Мы были лучшими друзьями. Даже не знаю – хорошо это или плохо. Наверное, в отношениях мужчины и женщины должна быть какая-то недосказанность. Должны быть тайны – у каждого свои.

А у нас их не было. Может поэтому… Мы были друг для друга раскрытыми книгами. Которые легко можно прочесть от корки до корки. Что ты и сделал. Ты прочел и, закрыв ее, бросил в угол пылиться. А я зачитывалась каждой страницей, иногда перечитывая по несколько раз. Делала закладки на особо полюбившихся местах. Тогда ты не сказал мне, что я для тебя скорее друг. Возможно потому, что я не хотела этого слышать.

Мы говорим: «Ты хороший друг», когда забываем добавить»…но тебе не стать для меня кем-то большим».

Когда мы расстались, ты сменил номер мобильного. Это было оскорбительно для меня. Я не считаю, что звонила тебе слишком часто, чтобы надоесть. Только когда становилось совсем невыносимо без тебя. Ведь последние месяцы ты часто пропадал на работе. Часто не брал трубку, мотивируя это своей безмерной занятостью. И я продолжала ждать тебя у тебя дома. Мне ничего не оставалось. Но иногда ты не приходил даже ночью. Я не знаю, где ты пропадал и как ты проводил эти ночи, потому что откровенность в наших отношениях пропала.

А я и не заметила – когда. Наверное, это и было самое главное – поймать этот момент. Тогда я бы еще успела все исправить, но увы… Я так увлеклась тобой, что забыла о нас. Постепенно я забыла и о себе. Я жила только тобой. Я жила для тебя. И не заметила, как это перестало приносить тебе удовольствие.

Мы говорим: «Я не поднимал трубку, потому что был занят», когда нам стыдно признаться в том, что слышать этот голос больше не доставляет радости.

В тот вечер, когда ты сказал, что все кончено, шел дождь. Мы не кричали – мы просто разговаривали. «Ведь мы же взрослые люди», – говорил ты. А мне хотелось кричать. Кричать от боли, которую причиняет разрушающаяся жизнь. Меня уже придавило ее обломками, и я не могу тебе помочь. Я не могу помочь даже себе, но об этом я думала в последнюю очередь. Я боялась, как бы не задело тебя. Ведь ты должен жить дальше. Жить и творить.