Подари мне надежду

Накинув на плечи рубашку и лёгкие домашние брюки, вышел из комнаты. Прихватив на кухне из холодильника бутылку с ледяной минеральной водой, вышел из дома и медленно прошёл по дорожке, направляясь в сад.

Опустившись на скамью, сделал глоток воды и, откинувшись на спину, взглянул на небо. Сегодня оно было чистым и звёздным, а тёплый ветер, гуляющий по дорожкам аллеи, слегка развевал его волосы. Тихое пение сверчков обволакивало его дивным ощущением умиротворения. Хотелось вдохнуть полной грудью и, зажмурив глаза, окунуться в негу тёплой летней ночи.

Странные ощущения в душе не давали ему уснуть сегодня. И дело было не в бурной страсти, которая ещё час назад царила в их спальне с Камиллой. Сегодня она была безудержна и раскована, и он принимал её ласку и желание, играя в постели по её правилам. Но когда страсть поутихла, почувствовал опустошение внутри себя. Словно всё бушующее пламя страсти обожгло не его, а кого-то другого. Потому что навязчиво перед глазами всё время вставал образ Маши.

Нежный образ, который не давал ему возможности сосредоточиться на своей любовнице.

Он не хотел этих мыслей, не думал о ней целенаправленно, не желал её, как женщину, но она приходила в его голову, не спрашивая разрешения. Он давно не испытывал ничего подобного, с того самого момента, как жил со своей первой женой. Только в то время испытывал нечто подобное, когда не желание лишь только обладать Лизой в постели было главенствующим, а хотел, чтобы она принадлежала ему полностью.

Но сейчас подобные мысли казались, более чем абсурдны.

Урбенина была в его жизни просто случайной знакомой, с которой они познакомились при весьма неприятных обстоятельствах для них обоих. Но тот день, что они провели рядом вчера, словно всё изменил и заставил посмотреть на неё другими глазами. Она не изменилась и не стала другой, по-прежнему была милой простушкой с искалеченным телом и душой. Но ему показалось, что смотрел он вчера на неё уже каким-то другим, особенным взглядом, не таким, как прежде. А, впрочем, может, ему просто это всё показалось.

Слегка потянувшись, Ростислав улыбнулся. Прикрыв рот рукой, сладко зевнул и, поднявшись на ноги, медленно направился к дому.

****

– Камилла, ты со мной едешь на работу? – обратился Полонский к Полторацкой, и поправил узел галстука перед зеркалом.

– Нет, дорогой, я не успеваю. Я доберусь сама. Можно я задержусь сегодня немного? Я что-то плохо себя чувствую.

– Что случилось? – он обернулся.