Подари мне надежду

Уж с кем с кем, а с ней я готова оставлять своего сына без всякого опасения.

– Ты так говоришь, словно она твоя старая знакомая.

– Ну, старая не старая, а надёжная это точно. Да, вот они, кстати. Я сейчас вас с ней познакомлю, – Ольга показала в сторону реки, где на поляне показались Дмитрий, который держал Максимку на шее, и молодая женщина в длинном платье белоснежного цвета с каким-то пёстрым рисунком по краю юбки.

Её волосы развевались от порывов свежего ветра и она, поправляя их пальцами, периодически убирала пряди за ухо, улыбалась и о чём-то оживлённо разговаривала с Кавериным.

– Нас не нужно знакомить. Мы знакомы с воспитателем Максима, – тихо произнёс Полонский, обращаясь к сестре, как только его лёгкое потрясение от увиденной картины слегка рассеялось.

– Ты знаком с ней? – Ольга задумчиво на него посмотрела.

– Знаком и очень неплохо.

– Вот как? Ну и каково твоё мнение? Хороший я сделала выбор?

– Выбор хороший, только ты видела, что у неё больная нога?

– И что?

– А то, что отработав пять дней в садике, ей будет тяжело ещё и следить за Максом в выходные.

– Славик, я же её не заставляла насильно. Просто предложила, а она с удовольствием согласилась. Она одинокая женщина, живёт с родителями, и я думаю, ей не помешают дополнительные денежные средства.

Полонский понял, что с сестрой вступать в диспуты бесполезно и портить ей праздничное настроение не захотел. Когда Дмитрий и Маша поравнялись с ними, он поздоровался и, поцеловав Макса в щёку, переключил всё своё внимание на Урбенину.

Но она на него не смотрела и была сосредоточена только на своём воспитаннике. Поговорить им не удалось, потому что постоянно прибывающие гости полностью завладели его вниманием. Каждый непременно справлялся о его делах, личной жизни и Полонский вздохнул с облегчением, когда их, наконец, пригласили всех к столу.

Маша сидела за самым крайним столом и держала Макса на коленях. Она кормила его и нежно поглаживала пальцами по волосам. И когда мальчику надоело сидеть на одном месте, она взяла его за руку и медленно направилась вместе с ним через лужайку к причалу.

Ростислав не упускал их из виду ни на минуту. Лишь периодически возвращался к разговорам, царивших за его столом и отвечал на многочисленные вопросы своих родных. Когда на оркестровой площадке заиграла музыка в исполнении приглашённой группы, он моментально ретировался из-за столика, пытаясь избежать навязчивого предложения на белый танец от дочерей Извицких.