В ритме его сердца

Практически пустующая комната, со старой большой кроватью в центре, тумбочками в изголовье и двумя стульями у стены. На книжной полке всего одна единственная фотография.

Дягилева подошла ближе и внимательно всмотрелась в изображение. Снимок был чёрно-белый, запечатлевший двух маленьких мальчиков и их родителей. Семья Одонецких. Полина рассматривала снимок, пытаясь понять, который из них Ярослав. Он был слева, чуть постарше второго мальчишки. Такой смешной, и почти такого же возраста, как её Алинка сейчас.

Полина открыла шкаф и заглянула внутрь.

Аккуратно развешенные, чистые выглаженные рубашки, различных расцветок, несколько пар джинсов, простые классические брюки и в самом дальнем углу длинной перекладины, под прозрачным чехлом, висел лётный китель, а на полке лежала фуражка.

Она сняла его с вешалки и, расстегнув молнию чехла, провела пальцами по добротной шерстяной ткани двубортного костюма чёрного цвета на шёлковой подкладке. Прикоснулась и погладила подушечками пальцев, нашитых на рукавах шёлковыми нитями галунов золотистого цвета в виде трёх полосок.

– Странно, откуда у него эта форма? – подумала она про себя.

Она стояла, задумчиво осматривая китель, затем поспешно убрала его на место и, закрыв шкаф, вышла в коридор.

Ещё несколько комнат, давний ремонт, минимум мебели, никаких картин и фотографий на стене. В ванной комнате также царила абсолютная чистота и пустота, лишь одиноко стоявшие бритвенные принадлежности в зеркальном шкафчике и мужской шампунь.

Что она пыталась найти в его квартире, она сама до конца не понимала. Найти что-то, чтобы могло рассказать о нём самом и приоткрыть завесу его таинственного образа затворника, или возможно искала наличие женских вещей. Она не понимала, просто увлечённо обходила комнату за комнатой, касаясь пальцами его вещей, словно прикасаясь к нему самому.

Последнее, куда она зашла, была кухня. Пустые шкафы, лишённые посуды, всего несколько тарелок и кружек. Минимум бытовой техники и продуктовых запасов.

Коврик и миска для кота на полу у кухонного шкафа мойки.

Она коснулась пальцами его большой белой кружки с недопитым кофе, которая стояла на барной стойке и задумалась.

– А ты знаешь, как это называется?

Раздался за её спиной громкий голос, от которого она подскочила на месте и, резко обернулась.

Ярослав стоял в проёме, прислонившись к дверному косяку.

Лицо Полины запылало красной краской стыда, страха и полной рассеянности.