Прямой курс на тонкую талию. История не только о еде

Думает, раз худая, как щепка, и с ног до головы в фирменное шмотье оделась, все мужики к ее ногам должны падать?

– А лет-то ей сколько?

– Да молодая еще, стерва, несмотря на то, что замначальника Департамента, сорока еще нет. А может, и есть, кто ее знает? Сейчас не поймешь – к косметологу сходят, морщины сотрут, то ли сорок, то ли пятьдесят – и не догадаешься! И откуда только такие берутся? Слава богу, что я не в ее подчинении.

– Да, я тоже таких не уважаю, – откликнулся Володя.

 – Таким палец дай – всю руку откусят. Ни перед чем не остановятся. Да и неинтересно это, когда сама в постель прыгает. Помню, сколько ты Дашуню свою завоевывал.

– Да, – Саша сделала паузу, тяжело выдохнув. – Она совсем другая была, когда мы познакомились. Нежная, милая, хрупкая. Так и хотелось взять ее в охапку и спрятать от всего внешнего мира. А сейчас какая-то грубая стала, пьет наравне с мужиками, чуть что – огрызается, да и фигура – расплываться начала, сам, чай, видишь.

– Ну да, обабилась маленько твоя Дашуня, а чего ты хочешь – возраст. Ведь и ты не молодеешь?

– Да я не об этом, – вздохнул Александр. – Ушло что-то из ее облика. Вот это нежное, воздушное…

– Ладно, Даша у тебя хорошая! Я все время смотрю и думаю, где бы мне такую жену найти? Не знаешь, у нее случайно двойника нету?

– Ты давай, на чужих жен рот не разевай, свою ищи! Пошли уже назад, холодно!

Два тоненьких огонька описали дугу и исчезли в темноте почти у самой земли.

Зашуршала трава под тяжелыми ботинками. Ушли.

Даша только сейчас почувствовала свои ступни. Попыталась пошевелить, сначала показалось, что они примерзли к земле. Она так заслушалась мужским разговором, что забыла, что стоит в одном полотенце, с мокрыми волосами на ледяном ветру.

Девушка буквально запрыгнула обратно в парную. Только сейчас до нее дошло, что она переохладилась. Надо срочно поддать, чтобы не схватить воспаление легких.

И заодно обдумать всё, что она сейчас услышала. Значит, у Сашки какой-то флирт на работе. Но даже не это поразило ее в самое сердце, а его слова, что она – Даша, уже «не та!» Слезы капали на обнаженные колени: не та, не та, не нежная, не воздушная, обабилась, теткой стала…

Даша уже сама докручивала слова, как ей казалось, не сказанные во время короткого разговора. Захотелось смыть с себя захлестнувшую обиду.