Няню вызывали? или Любовь (не)подарок

– Ты сломал мне дверь. Как я ее оставлю сегодня не запертой? – уселась в постели, взъерошив волосы.

– Да я же не специально. Но ты ведь слышишь, что за дурдом у нас твориться. Я уже хочу, чтобы они все уехали. Мне наших пацанов хватает.

– Да уж, тут я с тобой солидарна.

Как только за дверьми все стихает, Костя выглядывает в коридор и убедившись, что опасность не угрожает, выходит из моей комнаты, прикрыв за собой дверь.

Я же опасливо оглядываю содержимое своей спальни и прикидываю, что может пострадать в мое отсутствие.

А итог один. Пострадать может все! Но делать нечего. Ждет работа и универ. Остаться и дождаться ремонта замка ну никак не получится.

Быстро собираясь. На ходу перекусываю, отнекиваясь от маминого предложения нормально позавтракать. Нет, я не хочу тратить еще хоть минуту своего времени на этот дурдом.

С отцом сталкиваюсь на ступеньках.

– Любаш, – целует в щеку. – Убегаешь?

– Да, пап, – морщу нос и кошусь на доносящиеся крики из-за входной двери дома.

– Понимаю.

Как только у вашей матери хватает терпения? – усмехается он, поправляя галстук.

– Дай помогу, – тянусь к узлу, который небрежно завязан. – Сам пытался?

– Да, Светлане совсем некогда. Я сам уже не слишком рад приезду брата если честно. Но мы не можем отправить их восвояси, сама понимаешь, – говорит отец.

– Мне просто кажется, что самый адекватный из всей семьи это и есть твой брат, пап. Близняшки это просто клонированный монстр. А Саша, это же ведьма, честное слово. Ты бы видел Костю.

Он даже замок в моей комнате сломал, когда прятался от нее.

Отец закатывается в смехе, заставляя меня улыбаться.

– Ребят, ну потерпим немного еще. А через неделю они уедут.

– Ага и останется главное зло. Она мне кажется и родителей то своих не любит.

– Переходный возраст.

– Какой переходный, пап. Ей семнадцать. А уже готова кому-нибудь присесть на шею и поболтать ножками. Ты видишь, куда она стремиться? В высшие круги. А для чего? Чтобы богача найти себе и стать его приживалкой.

– Люба, – строго одернул меня отец.

– Вот увидишь, но придется эту дамочку приземлить на попу, – повязав галстук, отступаю от отца.

Высокий и красивый. С сединой на висках, что делает его только еще краше. Уверенный взгляд, мягкая улыбка и добрые глаза. Да, это мой отец.

– Дай ей шанс реабилитироваться в твоих глазах. Вот увидишь, ты сгущаешь краски.

– Ты в город? – поглядываю на часы, понимая, что быстро не доберусь до остановки. И явно опоздаю.