Простая история

Подруги стояли на углу Пестеля и Фонтанки, дальше их пути расходились, Лере – по набережной, а Анне – к дому с висящим на кованой цепи фонарем.

– До встречи.

– До звонка, – уточнила Лера и, чмокнув подругу в щеку, быстрым шагом направилась в свою сторону.

Вдруг Лера остановилась, резко развернулась и пошла обратно, уже на ходу половиня букет, который держала в руках. Подошла к Анне и со словами:

– Женщина должна возвращаться домой с цветами, – вручила цветы Анне.

Аня смотрела ей вслед, и противоречивые чувства владели ею.

Она многое не принимала и не понимала в Лере, но определенно она ее очень привлекала своей независимостью и, как казалось Анне, смелостью суждений.

А может, и правда, плюнуть на эту любовь и жить, наслаждаясь свободой и тем, что дает эта свобода?

С этими мыслями она вошла в дом. Там ее ждал сюрприз.

За кухонным столом сидел Шурик, перед ним стояла чашка с чаем. Напротив сидела Людмила Николаевна. Аня внутренне напряглась.

– Проходи, внученька. Вот, полюбуйся на отца своего ребенка.

Аня посмотрела на отца ребенка. Под глазом Шурика уже во всей красе расползся синяк, и глаз заплыл, на левой щеке была ссадина, а правая рука лежала на коленях, и он придерживал ее левой.

– Шурка, что случилось? – Анна кинулась к мужу, хотела его обнять, но строгий взгляд бабушки остановил ее порыв. – Кто это тебя?

Шурик понуро молчал, уставившись в одну точку, куда-то в пол.

– Вот пришел, да не пришел, а ворвался с грохотом, чуть ребенка не разбудил.

Попросил воды, я ему чая налила. Сидит молчит.

Аня еще раз попыталась начать разговор, но муж молчал. Она поняла, что случилось что-то очень серьезное, волнение нарастало. Девушка попросила Людмилу Николаевну оставить их одних. Недовольно ворча, пару раз вернувшись за какой-то ерундой, бабушка все же удалилась.

– Рассказывай. – Аня села напротив.

И Шурка поведал ей, что сегодня, вместо того чтобы пойти с ней в театр, он пошел на митинг отказников.

– Кто такие отказники?

– Ну, их не выпускают из нашей страны на их исконную родину – Израиль.

Они решили устроить демонстрацию перед Смольным.

– А ты здесь при чем, ты ведь не отказник? И евреев среди твоих родных нет.

– Ну, это с уверенностью никто из нас утверждать не может.

– Шурик, не надо демагогии.

– Маминого отца, моего деда значит, Петром Авраамовичем величали, между прочим. – Шурик выжидательно посмотрел на жену.

– Авраам – старинное русское имя, – не задумываясь ответила Аня.