Признать невиновного виновным. Записки идеалистки

Приговор – девять лет лишения свободы за приготовление к совершению террористического акта и за «подготовку шахидок»

Виктор Поповский, адвокат, защитник Фатимы Мухадиевой

Жерар Лемурье, шеф бюро корпункта французского телевидения в Москве

Рамзан Кадыров, президент Чеченской Республики

Казбек Михайлович, и. о. начальника колонии строгого режима

Часть первая

ДЕЛО ДЛЯ СУДЬИ МУХИНОЙ

Глава первая. Ночной звонок

Больше всего на свете я не люблю ночные телефонные звонки.

Наверное, этот страх я унаследовала от мамы: она боялась, что среди ночи ее разбудит мой брат пьяница. В последние шесть лет, когда мама слегла и стала совершенно беспомощной, за ней по очереди ухаживали две сиделки. Я боялась, что среди ночи позвонит кто-то из них. Это могло означать только одно: маме стало хуже. А с некоторых пор у меня появились такие «клиенты», которые звонили в любое время, не очень-то церемонясь: день, ночь. Они звонили тогда, когда им это было удобно. Это осужденные или подследственные. И звонили они из СИЗО или из колоний. Передавая друг другу мой номер телефона, они звонили мне в надежде, что я напечатаю в газете их историю. А это всегда были истории о беспределе милиционеров, следователей, судей. Этим бедолагам казалось, что статья в газете способна изменить их судьбу. Они, конечно, глубоко заблуждались, но с популярностью моего телефонного номера я сделать ничего не могла. А выключать телефон на ночь все-таки не решалась: а вдруг я кому-то понадоблюсь?

Телефон надрывался уже несколько минут, а я все никак не могла проснуться.

С годами не так часто удается видеть сны, которые тебя не отпускают. На этот раз мне снился мужчина, очень похожий на одного из тех, в кого я безответно была влюблена в юности. Он что-то страстно шептал мне на ухо, и поэтому мне так не хотелось просыпаться и возвращаться к домашним хлопотам, вспоминать о неоплаченных телефонных и квартирных счетах. О проблемах с армейским призывом у среднего сына, о том, что старший сын наверняка попросит посидеть с внучкой, а дочка-школьница будет клянчить, чтобы я взяла ей репетитора по английскому, потому что она не может запомнить спряжение глаголов. Не хотелось думать о том, как в очередной раз уговорить главного редактора опубликовать статью – о деле никому не известного студента, которому подбросили наркотики, и даже известному адвокату не удается добиться для него оправдательного приговора.