Позови меня, Ветлуга

Ну, конечно, я могу запретить концерт какого-нибудь там Кобзона или Жана Татляна. Могу разрешить строить мост через какую-нибудь речку, а могу сказать – строй через другую. Но, когда тебя вызывают в Москву и секретарь ЦК тебя – матом, а то и замахнётся кулачищем, понимаешь, что ты такой маленький винтик и тебя так легко растереть в ничто. Нет, у нас в стране абсолютной полнотой власти обладают только члены Политбюро да первые секретари сельских райкомов. Там у них в районах: начальник милиции – брат, прокурор – сват и так далее.

А до Москвы – далеко, до Бога – высоко. Их оттуда, из села, никакими коврижками не выманишь на работу в министерство или сюда, в область. Вот когда нашего предыдущего первого, Константина Федоровича Катушева, а я с ним работал, переводили в Москву, он плакал. Народ говорит: «Лучше быть первым парнем на деревне, чем вторым в городе». Народ знает, что говорит!

А теперь вернёмся к тебе. Твоему отцу, царство ему небесное, очень не нравилось, что ты связался с этим жуликом – Савелием.

Да и мне это не очень нравится – затянулось.

– А почему дядя Савелий – жулик?

– Потому, что это в простонародье кого ни попадя, даже маленького мальчишку, называют жуликом. А у жуликов жуликами называют только профессиональных воров очень высокого градуса. И твой дядя Савелий – очень большой жулик. Но ты не бойся и не звони ему, и он тебе не будет звонить. С ним поговорят, кто надо. А он тебе в жизни может и пригодится когда.

Так вот, о тебе: я тут подумал и придумал одно большое серьёзное дело на несколько лет.

Может, оно тебе понравится. Может, ты из него выскочишь в большие начальники, а может – и нет.

Иван Иванович усмехнулся и надолго задумался, стоя у окна.

– Наше государство очень неповоротливо, и для решения важных назревших проблем иногда требуются годы: анализ, консультации, экспертизы, споры, голосования, принятие бюджета. За это время – либо проблема решена своими силами, либо она переросла уже на совсем другой уровень. Сейчас в области появилось очень много богатых колхозов и совхозов, денег у них – мешки.

И есть в области, да и во всей стране, беда: нет дорог! Деньги есть, материалы есть, люди, в смысле рабочая сила, есть. Нет закона!

Сейчас у нас в области работают несколько бригад армян, кладут асфальт. Эти дети гор всегда чувствуют, где у государства тонко. Колхозы им платят от трёх до восьми рублей за погонный метр дороги – это огромные деньги, а надо только битум и щебёнку.