Слива любви

Возможно, еще и поэтому горожане были искренними, ничего из себя не изображающими, реагировали на всё натурально, как есть, поскольку понимали: иное не имело совершенно никакого смысла, любая хитрость будет непременно разоблачена, а обман обязательно раскрыт.

Они не упускали шанса разжиться новостями о соседях, поэтому, медлительно прохаживаясь по улочкам, называли свои изыскания бдительностью, а вовсе не бездельем. Как иначе разузнать, почему в гончарной мастерской всю ночь горел свет или отчего на личике сеньоры Мариани счастливая улыбка, в то время как сеньор Мариани, напротив, имеет жалкий вид? И как связаны данные обстоятельства с тем, что в город приехал Лучано де Верьян – старый друг сеньоры, который, к неудовольствию сеньора Мариани, слыл удачливым брокером, выдавшим после рюмки граппы подробности о своей первой любви, доставшейся другому.

Впрочем, событие подобного масштаба считалось удачей: адюльтер приравнивался к кинофестивалю или выставке, которые обходили городок стороной, что, вероятно, и толкало жителей развлекаться по-житейски.

То, что случилось этой весной, не на шутку взбудоражило всех. Эта новость стала для местных самым настоящим «торжеством с шествием барабанов и литавр». А всё потому, что героями истории стали известный на весь город музыкант и его жена. Молодая пара приковала к себе интерес всех без исключения: от городских клуш до знати и интеллигенции.

Всеобщее внимание придало скандалу культурности, хотя случай этот казался глупой выходкой.

Глядя на героя – воспитанного человека, можно было подумать, что он какой-нибудь хулиган, считавший известность музыканта связанной не столько с талантом, сколько со славой скандалиста.

Этот любовный пассаж начался задолго до того, как попал в категорию происшествий.

Сперва всё выглядело обыкновенно и не особо выделялось в любовной атмосфере этих мест, лишний раз подтверждая, что каждая итальянская драма заканчивается любовью либо ею начинается или же всегда имеет её в виду, поскольку обильные на чувства итальянцы обязаны всю жизнь страстно любить, нежно вспоминать или неистово желать, чтобы непременно томиться, изнемогать и кем-то грезить.