Древнее учение о странствованиях и переселении душ

Все указанные виды душепереселения в кругу тех миросозерцаний, в которых учение о нем имело место, за исключением некультурных народов, большею частью встречаются все вместе во взаимной связи и происходят последовательно один за другим, причем, однако, конечным пределом и конечною целью всех странствований и переселений души всегда остается небо, мир горний, бесконечное лоно Бесконечного.

Из этого очерка существенного содержания верования и учения о душепереселении вытекает надлежащее представление о степени философско-богословского значения занимающего нас предмета.

В веровании и учении о душепереселении выражался дух, характер и степень глубины целых философских систем и религиозных миросозерцаний. Прежде чем допустить и уверовать в переселение души, люди должны были уже более или менее ясно сознавать различие души от тела. С этого первоначального пункта началось развитие всех религиозных и философских представлений о душе, в которых человек старался уяснить для себя свое собственное бытие и свое отношение к внешнему мирy. Но, между тем как человек сознал противоположность духовного и материального, души и тела, для него в то же время стало ясно, что его дух вовсе не то, что он замечал в предметах и явлениях внешнего мира, что отечество духа не здесь, на земле, где все преходит, тлеет и изменяется, а где-то в горнем мире, который человек напрасно отыскивал и не мог найти без света Божественного откровения и без открытия к нему истинного пути Божественным Искусителем. В глубине своей религиозно-философской мысли и религиозно-нравственного чувства человек находил живую потребность разорвать после смерти тленной и быстро разлагающейся телесной оболочки всякую связь между ее недостатками, слабостями и вообще злом, присущим материи, и между духом, высокое достоинство и назначение которого человек всегда вольно и невольно чувствовал, сознавал и выражал с непобедимою силою в стремлениях к лучшей участи за гробом, даже к слиянию с самим Божеством. Но как скоро человек осознал высшее достоинство и назначение своего духа, он вместе с тем неизбежно уразумел, что и Божество, которое он старался приблизить к себе в формах фетишей или в формах человекообразных, хотя и присутствует в мире Своей присносущной силой, тем не менее, не обнимается ни природой, ни человеком, а стоит превыше всего, как Дух высочайший, премирный, источник жизни и светоподатель, и душа человека оказалась даже в языческом сознании образом и подобием, частицею, искрою Божества.