В Зырянском крае. Охотничьи рассказы

Простое воспоминание Абрама навело на меня воспоминания, довольно запутанные и сложные о прошлом. Как хороши беззаботные детские годы! Недаром их называют золотым временем: тогда каждая затея заманчива, каждая игра – радость. После же, когда вступишь в жизнь, сколько чувств и мыслей истратишь понапрасну, сколько обид и оскорблений перенесешь ни за что, какой длинный итог неудач и ошибок накопится из разных отношений с людьми!

И почему это так неловко живется на свете? Немного нам дано времени для жизни, а мы и это-то немногое не умеем прожить удобно и покойно…

Дождик шел.

Тучки быстро переносились по небу. С востока прояснялось. Вдали над лесом зачернела какая-то движущаяся точка. Я стал ее наблюдать. Точка все более росла и приближалась; вскоре нетрудно было рассмотреть стадо журавлей, клином тянувших на юго-запад. Они летали на высоте вне ружейного выстрела, тяжело размахивая крыльями.

– Вот и журавли в отлет держат; что-то рано нынешний год: видно, раннюю зиму чувствуют.

– А куда высоко летят.

Что, если бы такое ружье, чтоб оттоль спустить? – сказал Абрам, рассматривая стадо журавлей, летевших в это время прямо над нами.

– Пулей можно, кто хорошо стреляет.

– На лету-то?.. пулей-то? да неужто есть такие стрелки?

– Мало ли какие есть стрелки: с лошади, на всем скаку попадают пулей в пятачок.

– Диковинное дело! Таким не мудрость вышибить журавля из эвтова стада.

– А ты бы желал так стрелять?

– Еще бы! Для всякого случая пригодно хорошо стрелять: да вот хоть и для этих приятелей – давно я на них зол! – отвечал Абрам, кивнув головою в ту сторону, куда пролетели журавли.

– А убивал ты их?

– То-то, что нет. Охота смертельная подцепить хоть одного долгоногого, да не счастлив я на эту дичину. Нонече, правда, подходила мне славная линия: зашиб было одного – с полчаса лежал мертвый. Сам виноват, улетел, окаянная сила!..

– Как же это было, что мертвый улетел?

– Да вы не смейтесь, это не шутя было. Вот я вам расскажу. Поехали мы с братом Петром в Сосновцы в ботнике[2 - Ботник – челнок, маленькая лодочка – долбянка.

] бить тетеревей с подъезду…

– Так это было в полую воду?

– Да, в водополицу. Вода ужас была велика: все гривы отопило. На Оленьей голове только и осталось суши, что сугривочки маленькие. Помните, на них еще зайцев мы с вами по-год гоняли?

– Небольшие, сажен по пятидесяти, узенькие и высокие, похожи на насыпи. Две или три их там?

– Три. Собрались мы в тот раз на ночевку.