Лавровый венок для смертника

– Вот только не совсем понимаю: это сценарий, по которому надлежит действовать нам с вами, или же героям рассказа Шеффилда?

– И героям – тоже.

– Даже так?! – Согред вновь прошелся взглядом по первой странице и замер, вопросительно глядя на «сценаристку».

– Шеффилду я его попросту перескажу. Чтобы не оставлять письменных улик. Надеюсь, после этого он откажется от идеи доносить на меня и требовать пересмотра дела.

Рой молчал. Не это интересовало его сейчас. Уловив настроение мужчины, Эллин отобрала у него текст и тоже пробежалась по нему взглядом.

– Понятно, Рой, вас пугает концовка.

– Вернее, ее отсутствие. Исходя из того, что здесь написано, герой рассказа остается на свободе. Но это законченный злодей, и читатели вряд ли…

– Скажите откровеннее: вас удручает не то, что в живых и на свободе оказывается герой рассказа Шеффилда, а что в живых может остаться сам Шеффилд. И, по существу, вы требуете, чтобы я убрала его. Выражаясь еще яснее, убила.

– Прошу прощения, мисс Грей, я этого не требовал.

– Требовали, Согред. И продолжаете требовать.

– Чего вы добиваетесь?

– Ясности, Рой.

– Ясность внесет Шеффилд. Узнав о том, что вы изорвали его письма, он сегодня же напишет новые, только еще более яростные, с указанием конкретных фактов, исходя из которых прокурор немедленно потребует возбуждения уголовного дела в отношении адвоката Эллин Грей.

– Не кажитесь большим негодяем, нежели вы есть на самом деле, Рой, – как можно спокойнее проговорила гостья.

 – Тем более что вы мне все еще нравитесь.

– В таком случае внесите сюда, вот в этот ваш сценарий, ту самую ясность, которой так добиваетесь. И все станет на свои места.

Эллин вызывающе покачала головой.

– У нас нет повода для полемики, Рой. Мы оба согласны с тем, что Шеффилд должен исчезнуть. Я правильно вас поняла? Единственное мое условие: эту часть сценария вы должны дописать сами. Не посвящая меня заранее в детали. Вы ведь уже подготовили свой сценарный ход, а, мистер Согред? Не отрицайте.

Без него вы не явились бы ко мне вчера. И потом, заметьте, я не потребовала никаких обязательств относительно наших дальнейших отношений. Когда вся эта история завершится и ваш рассказ, – именно ваш, переписанный вашей рукой, в вашем, а не Шеффилда, стиле, – с разработанной вами концовкой, ляжет на столы членов жюри, вам вновь понадобится моя помощь. Как в свое время она понадобилась никому не известному писателю Шеффилду.