Тайный коридор

В этом случае даме есть что скрывать – и от мужа, и, скажем, от следствия. Теперь посмотрите на это с точки зрения вашей версии. Ведь предполагаемый любовник дамы может быть вражеским агентом, не так ли?

– А у нее был любовник?

– По моим сведениям, не один.

Звонарев ошеломленно замолчал. Потом он вспомнил:

– Но ведь там дочка еще была! Что она говорит?

– Дочь вскоре после вашего ухода отлучилась к подругам. В момент трагедии ее дома не было.

Ее почему-то успокоили ваши слова о том, что серьезного психического заболевания у ее отца нет, что он в принципе согласен лечь в какой-то санаторий… Вы, кстати, говорили это?

– Говорил.

– Что же это за санаторий? – вкрадчиво, по-кошачьи осведомился Черепанов. Он снова был следователем по особо важным делам, а Звонарев – обычным свидетелем, причем подозрительным.

– Я предложил ему поехать в неврологический санаторий, подлечиться, отдохнуть.

Он кивнул: да, мне нужно отдохнуть. Теперь-то я понимаю, что он имел в виду.

– Ну, вот и девушка стала жертвой этого заблуждения. Впервые за три дня она решила выйти на несколько часов из дому…

– А записки Трубачев не оставил?

– Вечер вопросов и ответов закончен. – Сергей Петрович мягко хлопнул ладонью по столу. – А нашему разговору я предлагаю подвести такой итог. Я напишу в протоколе, что вы согласны сотрудничать со следствием в случае предоставления вам документа, что подписка, взятая у вас лицами, представившимися сотрудниками КГБ, недействительна, а вы подпишете этот протокол.

Хорошо?

Алексей кивнул. Черепанов достал чистый бланк, вооружился ручкой.

– Ваши фамилия, имя, отчество? – с мягкой улыбкой начал он.

Написав протокол, он дал подписать его Звонареву.

– Копию протокола я направлю в КГБ вместе с официальным запросом, – заявил он, пряча лист в папку.

 – Запрос будет подписан главным военным прокурором города Москвы. Отделаться устным ответом им уже не удастся. Потом будем действовать дальше, в зависимости от ответа.

– А не может случиться так, что КГБ просто заберет дело к себе, не дав вам никакого документа?

– Вполне может. Но на каком-то этапе мы все равно подключимся, ведь дело уже под контролем военной прокуратуры.