Штрих-код

Он стоял возле будочки вахтера, жадно пил воду, и его бледное до синевы лицо было похоже на восковую маску. Растрепанные светлые волосы ершились грязными сосульками, словно заношенный парик. Вахтер держал в руках графин, Светлана Валерьевна с пиджаком Ростислава в руках смотрела встревоженно, и Катя видела, что она хочет дотронуться до Ростислава, но отдергивает руку. Егор и Олег держались так, чтобы подхватить его, если он упадет.

Как он вообще держался на ногах после того, что было на полигоне?

– Еще водички, Ростислав Сергеич? – спросил вахтер, показывая графин.

 – А то, может, корвалолу накапаю? Ну вы и горели…

Ростислав отрицательно покачал головой, отдал стакан и негнущимися пальцами полез в карман брюк, но никак не мог в него попасть. Светлана Валерьевна протянула ему смартфон.

– А вот все эти молнии, дракон до неба… А если их увидят? – спросила Катя. Они с Дариной остались на лестнице, стараясь держаться так, чтобы их не заметили. Катя и сама не знала, почему так было, но понимала, что это правильно.

– Не увидят, – Дарина улыбнулась и махнула рукой. – Колледж полностью изолирован, нашу магию никто не видит и не чувствует. А то бы уже побежали с вилами… в честь классовой ненависти.

– А вообще люди знают, что здесь колледж? – поинтересовалась Катя.

– Да. Закрытое частное учебное заведение.

Плечо Ростислава снова начало дымиться. Егор проворно похлопал по нему, сбивая серую дымную струйку, заметил девушек и улыбнулся. Дарина улыбнулась в ответ и толкнула Катю в бок.

– Рос, не надо так, – глухим, совершенно безжизненным голосом проговорила Светлана Валерьевна, и Катя удивленно увидела, что ее знобит от страха за Ростислава. – Никакие деньги этого не стоят, никакая власть.

– Двухкомнатная квартира в элитной столичной высотке, – равнодушно ответил Ростислав, показав ей экран смартфона. Катя увидела открытое банковское приложение. – Карский ее продал, чтобы я подогнал ему губернаторское кресло под задницу. Неплохо, правда?

– Рос, – упрямо повторила Светлана.

Катя поняла, что она влюблена по уши, так, как может влюбиться только тургеневская девушка, воспитанная на романах. И ее любовь не взаимна. Ростислав видит в ней только надоедливую коллегу, которой страшно хочется замуж. – Так нельзя, понимаешь? Да ни за какие деньги…

– Света, – медленно произнес Ростислав, сдерживая гнев. – А на что жить? На мою пенсию по инвалидности?

На щеках Светланы вспыхнули мазки румянца.