Собрание стихотворений. Роман в стихах (сборник)

Это перед ее лицом осознается то, что составляет главное в самосозидании поэта:

Я повторяю: в радости, в беде,

в трудах моих, удачах и потерях,

и в дружбе, и в любви и во вражде

я счастлива была, себе поверив,

что счастлива…

Стало быть, чтобы стать, чтобы быть счастливой, надо было уверовать, что эта поэтическая экзистенция счастья дарована тебе, уверовать, что счастье есть составляющая не только радости, удачи, дружбы и любви, но и беды, потерь и даже вражды и смерти, что счастье является даже не несмотря на утраты и потери, но благодаря всем твоим испытаниям, всей боли и скорби, которую ты берешь на себя.

Превозмогание скорби и есть подлинное счастье, и поэтому, говоря, что ты счастлив, ты можешь не называть скорбь – она и так подразумевается. Ведь в этом поэтическом мире именно не названная, то есть преодоленная скорбь становится стихами.

Вот поверь, ни-че-го, ничего больше нет,

кроме этой громады любви и тепла.

Это очень серьезно – на старости лет

отдавать, что за жизнь припасла.

Все, что мило житью, все, что мило жилью,

исчезает одно за другим без следа,

отдаю, отдаю, а коль слезы пролью –

так ведь только от радости, да!

Так легко отдавать, а потом пировать:

есть чем сердце согреть и слезу утереть,

и не все отдаю, вот осталась кровать,

чтобы было на чем помереть.

    01.09.2010

Отдельные сохранившиеся стихи

(1944–1949 гг.)

Поэзия

Жизнь лишь тогда, когда Она опять

дежурит по ночам у изголовья.

А мы не знаем, как Ее назвать.

Не памятью. Не мукой. Не любовью.

И сердце с миром затевает спор,

и ждет Ее, ликуя и стихая,

и вот Она, неназванная скорбь,

приходит и становится стихами.

Гроза

О, ночь вдыхают. Влагу пьют.

Был вихрь. Дрожа, пылали зори.

В моем раскрытом жадно взоре

они нашли себе приют.

Для новой жизни рождены,

ему являлись постепенно

земной простор, морская пена

и человеческие сны.

Так я встречала жребий мой,

мои непрожитые годы,

мою желанную свободу,

свободу от себя самой.

Предчувствие

Не может быть, чтоб стих мой был мне дан

взамен страстей, взамен земного счастья.

Он тих и сер, как невская вода

в любимом городе, где родилась я.

Не слышу я ни райских голосов,

ни звука лир, ни воинских преданий,

нет у меня ни алых парусов,

ни чудных стран, ни пестрых одеяний.

И не встают большие города,

не гонит корабли попутный ветер.