Собрание стихотворений. Роман в стихах (сборник)

Тогда учу свою наивность

лететь, глядеть, сжигать мосты;

все понимать, все знать, все вынесть,

и быть собой, и крест нести.

Время сеять…

Время сеять и время сбирать:

собирай, собирай понемногу,

ковыляй, припадая с бедра

на больную, распухшую ногу.

Ничего, что устал, ничего,

что болит, умирает… Ты снова

из беды, из любви, из всего

высевай и выращивай слово.

Как дорогу, ты песню тяни,

строй, хоть град на ней ямы повыбил,

в путь отправь свои ночи и дни,

и друзей и любимых погибель.

Вспоминай все слова, все дела:

про Урал, Ленинград, про Житомир,

собирай, как сбирает пчела,

мед и воск твоего прожитого.

И споют твою песню, не зря

забывая, где быль, а где небыль,

в час, когда проступает заря

на седом, на серебряном небе.

Баллада о нас, ваших детях

О чем ты успел передумать,

Отец расстрелянный мой…

    Б. Окуджава

Мы не такие! Не такие,

как замышляли вы, любя!

Всплыв, когда вы нас потопили,

как полюбили мы себя!

Что в мире нашей жизни терпче,

когда на свой дневной парад,

раскинув флаг, скрывая течи,

выходит в море наш корабль?

А мы, избравшие законом,

чтобы не плакать, не пенять,

завидя берег незнакомый,

его готовимся понять.

На руль мы руки налагаем,

со смехом тяжести влачим,

слова, которыми вы лгали,

мы сроду больше не кричим!

Смертельный бой наш тих, нежарок,

и мы «Варяга» не поем,

мы просто песню Окуджавы

из уст в уста передаем.

Не просила!

Не просила, чтоб рожали,

не кричала: «Дайте жизнь!»

Темень темную разжали,

дух вдохнули, сердце вжали,

записали на скрижали

и сказали: «Ну, держись!»

Кто б хотел вслепую драться,

о прощении моля?

Разбирались до меня,

разбирались без меня,

мне сначала разбираться.

Неужели я устану?

Не доплыв, пойду ко дну?

Возле финиша отстану?

Ленту грудью не рвану?

Не узнаю, пав на ринге,

чем он был? Чем будет он?

Мне б еще немножко риска…

Что смеешься, чемпион?

Я ж не плачу, я ж не жалюсь,

я ж в пути, как Вечный Жид…

Не просила, чтоб рожали ж,

не кричала: «Дайте жизнь!»

Моему читателю

Я не хочу пятнать печаль,

терять лицо,

соединяя боль начал

и ложь концов.

Пусть лжет безногому костыль,

больному – врач!

Кто верит в жизнь, кто строит быль,

пусть будет зряч.