Собрание стихотворений. Роман в стихах (сборник)

Прямо в дула кричали глаза «пощади».

Тихо корчились дети и слабо стонали,

и машины смывали их кровь с площадей.

И бежала та кровь до «потемкинских» лестниц

по примятой буденновской рысью траве,

и впадала в моря из январских и ленских,

всех мужичьих, рабочих, горячих кровей.

Сердце – лишняя тяжесть. Зачем его носим?

Мне беспамятных дней, и бесстрастных ночей,

и бестрепетных слов подари, моя осень,

утешеньем согрей мой домашний очаг.

Унеси меня в тихий поселок рыбачий,

чтоб глядела я мирно из дальних далей

на Советскую власть, что стреляет в рабочих,

и на светлую память твою, Мавзолей.

    1962

Русская сказка в трех частях

«Живет народ, не тужит…»

Живет народ, не тужит:

вечернею порой

бежит народ со службы –

и глядь – стоит герой.

Под снегом ли, под градом,

в разорванном пальто,

и говорит, что Правда –

вот то-то, мол, и то.

Кто глянет – усмехнется,

кто молча отвернется,

а он свое твердит,

ни перед кем не гнется,

спокойствию вредит.

И молвил правый суд:

он шарлатан и шут,

над ним все люди добрые

досыта потешаются,

слова его пудовые

в ушах не помещаются…

В ушах не помещаются,

в мозгах они мешаются

и строго воспрещаются.

Вот снег покрыл его лицо,

и смерть взяла его в кольцо,

и никого с ним рядом:

лишь месяц молодой…

А он: Эй, люди, Правда –

вот то-то, мол, и то.

«Живет народ, не тужит…»

Живет народ, не тужит.

Под вечер ли, в обед

бежит народ со службы –

уже героя нет.

Никто души не бередит,

никто покою не вредит.

А только снятся ночью

глаза его недобрые,

и в голове ворочаются

слова его пудовые.

Стоит герой, хохочет,

а помирать – не хочет.

«Тут рады ли, не рады…»

Тут рады ли, не рады –

еще выходят сто:

– Ребя, не смейся: Правда –

вот то-то, мол, и то!

Сказка о силе и соломе

Слушай сказку, милая,

разуй свои валенки.

Жили-были большая Сила

и Соломинка. Маленькая.

Сила Солому ломит,

Солома гнется,

а Сила гневается,

что Соломинка не сломалась,

и все ломит Солому, за славой гонится,

пыль поднимает и ветер,

а Соломинка

гнется,

гибнет,

гниет,

но не ломится!

Кто лучше, мама?

Кто сильнее?

И кто нужнее на свете?

Сила

или

Соломинка?

Лермонтов

Проснешься ль, наконец, осмеянный пророк.