Третья половина жизни

Вернувшись к себе, достаёт из шкафа новую папку и начинает заполнять формуляр.

«Номер дела…»

«Дело начато…»

Из коридора доносится дробный стук каблуков, дверь открывается и слегка запыхавшаяся секретарша прокурора со словами «Вячеслав Николаевич велели вам передать» кладёт перед Егоровым листок.

Машинописный, довольно слепой экземпляр. В углу: «Для обсуждения. Текст надписи на памятном камне на Гвардейской площади. Проект».

Ниже – заглавными буквами:

«ЗДЕСЬ БУДЕТ СООРУЖЁН ОБЕЛИСК, ВСЕГДА НАПОМИНАЮЩИЙ О ПОДВИГЕ ПЕРВЫХ НОРИЛЬЧАН, КОМСОМОЛЬЦЕВ-СТРОИТЕЛЕЙ, ПОКОРИВШИХ ТУНДРУ, СОЗДАВШИХ НАШ ГОРОД И КОМБИНАТ».

Ещё ниже – острым и словно ироничным почерком прокурора:

«К вопросу о компетентности. Как вы это оцениваете?»

– Спасибо, можете идти, – говорит Егоров секретарше.

– Вячеслав Николаевич велели показать и вернуть.

– Тогда подождите.

Егоров переписывает текст на бумажную четвертушку и только после этого отпускает секретаршу. Затем возвращается к прерванной работе.

«Дело начато…»

«Месяц и число: 2 апреля».

«Год: 1967».

«Дело окончено…»

IV

В гидрогеохимическом отряде Норильской экспедиции, который в начале апреля 1967 года забросили на Имангду, было шесть человек: начальник отряда, кандидат наук Андрей Павлович Щукин, инженер-геолог Игорь Хазанов, старший техник Валерий Леонтьев, студентка-практикантка Ленинградского университета Ольга Новикова и два рабочих – молодой парень, недавно отслуживший срочную Григорий Задонский и пожилой тундровик Иван Мартынович Чесноков, которого все называли по отчеству, Мартынычем.

Экспедиционный «УАЗ-санитарка» с металлическим кузовом оказался до отказа забит отрядным скарбом – мешками с крупами и сахаром, ящиками с говяжьей и свиной тушёнкой, картонными коробками с макаронами и чаем, раскладушками и спальными мешками, связками лыж и бамбуковых лыжных палок, которых хватило бы человек на двадцать.

– Куда столько? – удивился Егоров.

– Про запас, – объяснил Мартыныч. – Наст, он дерево режет, как наждак. И на случай, если кто лыжи сломает. Пешком не больно-то походишь.

Ещё было несколько ящиков с пустыми пивными и винными бутылками.

– Это для проб воды, – пояснил Егорову начальник отряда.

С особой осторожностью в «санитарку» погрузили ящик водки.