Жди меня, и я вернусь

А сапог был большой —

сорок третий номер,

с гвоздями на каблуке,

и мы не успели еще подумать.

как он стоял на сверчке.

Мы решили, что было б смешно сердиться,

и завели разговор о другом,

но человек из соседней юрты

был молча объявлен нашим врагом.

Я, как в жизни, спутал в своем рассказе

и важное, и пустяки,

но товарищи скажут,

что все это правда

от первой и до последней строки.

1939

«Слишком трудно писать из такой…»

Слишком трудно писать из такой

оглушительной дали.

Мать придет и увидит конвертов клочки:

– Все ли есть у него, все ли зимнее дали? —

И, на счастье твое, позабудет очки.

Да, скажи ей – все есть. Есть белье

из оранжевой байки.

Как в Москве – если болен – по вызову

ездят врачи,

Под шинель в холода есть у нас

забайкальские майки —

Меховые жилеты из монгольской каракульчи.

Есть столовка в степи, иногда вдруг

запляшет посуда,

Когда близко бомбежка… Но подробности

ей не нужны.

Есть простудные ветры. Но московское

слово «простуда»

Ей всегда почему-то казалось

страшнее войны.

Впрочем, все хорошо, пусть посылки

не собирает.

Но тебе я скажу: в этой маминой

мирной стране,

Где приезжие вдруг от внезапных

простуд умирают,

Есть не все, что им надо, не все,

что им снится во сне.

Не хватает им малости: комнаты

с темною шторой,

Где сидеть бы сейчас, расстояния

все истребя.

Словом, им не хватает той самой,

которой…

Им – не знаю кого. Мне – тебя.

Наше время еще занесут на скрижали.

В толстых книгах напишут о людях

тридцатых годов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=68912343) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.