Женщина с мужчиной и снова с женщиной

 – И слово «писать» с детства режет мне слух своей плебейской вульгарностью, не то что благородное слово… – Но тут я так настойчиво сжал его за запястье, что он тут же поостыл на благородные слова.

– И что Тамара Павловна, хозяйка в смысле, заживо сгорела, насмерть? – спросил я вибрирующим голосом, потому что жалко мне стало пожилую женщину. Ну подумаешь, семь мужей похоронила, может, она и не виновата вовсе, может, они ее любовный женский темперамент не выдерживали. А за любовный темперамент винить никого нельзя, особенно если он женский.

– Да нет, – быстро успокоил меня Илюха. – Погорела немного без сознания и перестала, затухла сама по себе. Если бы ты там, вокруг нее, не только спичек понатыкал, но и бензинчиком полил, тогда бы, может, и полностью сгорела. А так от одних спичек подпалилась, конечно, малость, но вся не занялась. Ее в больницу увезли, не так с ожогами, как с сильным расстройством нервной системы. А вот столик – тот сгорел. Да и то, он деревянный все же, хоть и инкрустированный. Лишь ножка одна и осталась, та самая, которую ты пытался так тщетно…

– Да, – согласился я, – развязочка.

И мы снова пожали друг другу запястья.

– Чего-то я не понял, – вдруг пожаловался Инфант, который единственный никому ничего не пожимал. – Откуда пламя взялось, каким образом возгорание возникло? Ведь не могло же само по себе.

– Вот этим вопросом милиция сейчас и занимается, – посмотрел на меня внимательно Илюха, и мне снова резко поплохело. – Основная версия – преднамеренно спланированный теракт, ну и понятно, на кого косят.

Вроде бы даже нашли одного приезжего, допрашивают. Хотя если между нами, то понятно, конечно, что бабуся просто подошвой от тапочка, ну, который без задника, по спичкам чиркнула. Вот от трения о шероховатую поверхность и возгорелось. Спичечные головки – они и в паркете головки, вот и сработали серой.

Мы снова помолчали. А потом возник у меня законный вопрос:

– Б.Б., – спросил я, – а откуда ты все это знаешь?

Тут Илюха задумался ненадолго.

– Да мне Кларчик вчера позвонила, жаловалась вся, просила психиатра хорошего для мамаши подыскать.

Вот и рассказала. Я с врачом поговорил, он сказал, что надежда имеется, что оклемается Тамара Павловна, – в ее жизни небось еще и не такие стрессы случались. Семь мужей-то! Они хоть и не одновременно у нее были, а по одному, но все равно – какова нагрузка! Но вот прежней, предупредил врач, Тамара Павловна уже не будет никогда. Сильно все-таки повлияло на нее возгорание.