Сборник стихов Ивана Николаевича Лопухина. «В часы раздумья. Лирические стихи и сонеты».

Средь лавров и цветов!

Мы у стола любимого сидели

И в темноте, рука в руке, глядели

На тихий лёт крылатых светляков.

Над нами ночь простёрла свой покров,

И в тишине мгновения летели…

И в эту ночь всё высказать успели

Друг другу мы без клятв, почти без слов.

Прошли года быстрее сновидений,

И вот опять на несколько мгновений

Мы здесь с тобой у этого стола.

Но тайной нас уже не дразнит мгла:

В лучах любви растаяли все тени,

И наша жизнь как вешний день светла.

Флоренция. Вилла «Грандукесса», 1908 г.

Примечание.

Супруги Лопухины были гостями в 1908 г. на вилле «Грандукесса», в Тоскане, ранее принадлежавшей Матильде Бонапарте (1820–1904) и её мужу князю Анатолию Николаевичу Демидову Сан-Донато (1812–1870).

Не думай

(После смерти молодого Меллера)

O, не гляди в глаза мне так тревожно!

Повремени, дай сердцу отдохнуть…

Даст Бог, оно смирится как-нибудь

И станет мне «не думать» вновь возможно.

Коснулась смерть меня неосторожно

И холодом наполнила мне грудь.

Я мысленно свершил тяжёлый путь

И отдохнуть ещё мне невозможно.

Но я смирюсь и успокоюсь вскоре.

Пусть всё сильней в твоём прекрасном взоре

Из-за тревог, как из-за облаков,

Засветится горячая любовь,

И тяжких дум встревоженное море

Замрёт опять у тихих берегов.

1908 г.

Примечание.

Семья Ивана Николаевича Лопухина через его тетю Анну Петровну Лопухину Исакову /1829-1910/ состояла в родстве с семьей баронов Меллер-Закомельских.

Не смейся

Не смейся ты над бедною тетрадкой,

Исписанной и вдоль, и поперёк,

Хоть кажется бессмысленной загадкой

Каракуль неразборчивый поток.

Как садовод, хлопочущий над грядкой,

Пером, как сапкой, я вожу меж строк

И Музе милой приношу украдкой

В дар каждый новый взращенный цветок.

Так пусть лукавый смех твой серебрится —

Я без конца внимать ему готов.

Но, погоди!.. Пусть сонм волшебных снов

И светлых грёз в созвучье воплотится,

И весь поток каракуль превратится

В букет благоухающих цветов.

Осенью

В глухую осень, в поздний ночи час

Весь мир окутан непроглядной мглою;

Дождь хлещет в окна, будто кто, стучась,

К теплу и свету просится с мольбою.

Огонь, мерцавший в очаге, погас.

Врываясь с плачем в комнату, трубою

Унылый ветер шепчет свой рассказ,

Дразня и муча сердце сказкой злою.