Сюжеты

– А из этого следует, что по телевидению должны идти хорошие фильмы и передачи, которые будут развивать и учить доброму и вечному, как бы пошло это ни звучало. В кинотеатрах должны идти отечественные фильмы. Должны быть законы, которые будут запрещать рекламировать плохие товары. Новости должны рассказывать не о криминале, а обо всем хорошем, самом лучшем, что есть в нашей жизни, они должны вселять в людей оптимизм, уверенность в завтрашнем дне. Вспомни, из истории, страна после войны из руин поднялась за считанные годы, а почему, да потому что у коммунистов была пропаганда, они трубили на всех углах о достижениях страны советов, СССР был самый-самый, люди с радостью шли на работу, совершали подвиги, они ощущали себя творцами истории, а отсюда у них был и дух, и народное сознание, и самоуважение.

В СССР был культ науки, культуры, образования, спорта. Помимо пропаганды, я считаю, обязательно должна вернуться цензура, во все средства массовой информации, во все книжные издательства, причем цензура должна быть не идеологической, как при коммунистах, а этической, эстетической если угодно…

– Саша, – перебил Мелехов, – Как должно быть – это понятно.

А как это сделать? Основная-то проблема в этом.

– Вот тут, мы и переходим к самому главному, – заговорщицки сказал Фелюрин и поднял палец вверх, – Если сидеть и ждать, когда все это произойдет и наступит само собой, то можно не дождаться. Поэтому, нужно начинать действовать самим.

– И как же? – поинтересовался Мелехов.

Ирония снова вернулась к нему, – Да ты революционер.

Иронию Мелехова Фелюрин снова пропустил мимо.

– Еще в юности, – начал Фелюрин, – Я понял, если хочешь изменить мир – начни с себя. Вот, Вова, мы и начнем с себя.

– Ну-ну, – улыбнулся Мелехов. Последнее высказывание Фелюрина показалось ему совсем забавным.

– После отдыха на морях, в теплых краях и в Альпах, – продолжал гнуть свое Фелюрин, ни чуть не смущаясь реакции Мелехова, – Мутное мое сознание прояснилось и так мне захотелось сделать что-нибудь полезное, полезное для всех, понимаешь? – Он внимательно посмотрел на Мелехова, – Теперь, когда денег у нас хватает, контора на плаву, можно сделать что-нибудь стоящие для целой страны.

Для народа. Для нашей культуры, в конце концов. Серьезных заказов у нас пока не предвидится, банкиры, судя по всему, с крючка соскочили, а пока затишье, свое имя на рынке добрым делом поддержать было бы не плохо.