Тетралогия. Ангел оберегающий потомков последнего Иудейского царя из рода Давида. Книга вторая. Соединяющий судьбы

Овладение ощущением личной индивидуальности с потребностью неприкосновенности от дурных влияний».

Открылась дверь, появилось несколько человек в белых халатах.

– Извините! Нам надо перевести тело в другое помещение.

Тихо покатили кровать. В сознании почему-то совершенно не к месту запечатлелось, та предусмотрительно поставлена на маленькие колёсики.

– Я вас прошу! – почему-то задержав дыхание, обратился к санитарам.

– Пусть мама будет рядом с папой. Можно так сделать?

– Да, конечно. Они теперь всегда будут рядом.

Печально прозвучали в ответ чьи-то слова. И сразу, без всякой на то подготовки, закрылась очередная глава книги осиротевшей семьи. Ушли в прошлое одни, очень добрые и всегда оберегающие страницы. Открывая перед нами другие, по жёстким строчкам которых предстояло теперь идти, без самых дорогих для нас людей. В этот тяжелейший момент, окончился юношеский этап моей жизни. Окончательно и бесповоротно перешагнул порог во взрослую реальную действительность.

Вдруг в глубине сознания совершенно отчётливо прозвучал мужественный папин голос:

«Сын! Теперь наравне с Олей, остаётесь за старших в доме».

На мгновение плечи ощутили заботливые руки, прикосновение тёплого родного дыхания. Сразу, наподобие залпа траурного салюта, изнутри почувствовал перерождение в другого человека. Совершенно нового, спокойного, обладающего знаниями и мудростью тысячелетнего народа. Бойца, защитника слабых, помощника созидателей и творцов светлых, хороших начинаний.

– Как жаль! Не поняла странное состояние сильного беспокойства и тревоги. Охвативших с раннего утра, о родителях и большом Алексее. Не отпускавших сердце до трагического известия! Ещё не научилась читать посланные небом предупреждения. – Катюша вытерла слёзы.

– А причём здесь Ведерников? – Я ещё не совсем вернулся на землю.

– Так ты не знаешь? – Сестрёнка опустила голову.

– Он первый бросился спасать малышей. Там был его младший братишка. В итоге сильный ожог лица и глаз, сложный перелом ноги. А вот руки и главное пальцы нашего музыканта остались целы. Люди видели, когда началась рушиться кровля, папа почти силой успел вытолкнуть его в окно. Видно не успев крепко завязать верёвку из простыни. Уже потом бросился к маме, так как её не было видно. Хорошо, перекрытие рухнуло частями, а не полностью.