Время есть

– Ханя, милая… Наверное, каждому своё время.

– Угу, ещё скажи, у каждого своя судьба.

– Может, и так.

Помолчали. Ханна вздохнула и снова завела свою пластинку.

– Вот скажи мне, чего Сашке не хватало? Почему он жениться не хотел?

– Сашка… Да кто его знает. Может, ему важно ощущение свободы. Что в любой момент может взмахнуть крыльями и улететь.

– Даш, вот скажи мне, а зачем при таком раскладе вообще заводить отношения? Жить вместе?

– Ну, как зачем? Кто ему шесть лет футболки стирал и ужинами кормил? Я уж про остальное молчу.

– Но это же… Это же нечестно как-то. Как одним задом на двух стульях.

– Я думаю, просто не твой он человек.

– Просто он меня не любил, вот и всё, – заключила Ханна. – И снова возвращаемся к тому, с чего начали. Меня никто не любит.

– И я снова повторю – значит, не пришло ещё твоё время.

– Тридцать лет, угу… Когда оно придёт? В восемьдесят? Когда будет «дорогая, ты не видела мою вштавную челюшть?»

Дашка расхохоталась:

– Давай, я попрошу Стаса, он тебе вина откроет?

– Давай, – согласилась Ханна.

Вино так вино.

35

Мы спустились вниз. Барсик шёл легко и грациозно, как и подобает дикому зверю. Или почти дикому, неважно. Я же наоборот скользила, цеплялась за какие-то растения, которые иногда оказывались колючками. Я даже один раз выругалась, но моментально получила удар током от летучки, и меня осенило, что это странное насекомое меня воспитывает.

Источник я нашла быстро, по запаху. Из трещины в каменистом склоне изливался натуральный бульон.

Даже тёплый. Я подставила руку, лизнула. Да, он. Основа всех местных супов, по-видимому. Барсик тоже оценил: осторожно расставив лапы, принялся лакать воду из небольшого озерца на дне оврага, где эта странная вода скапливалась.

Внезапно с противоположного склона раздался мат, такой знакомый по бывшему миру. Я успела хихикнуть и обернулась. Явно мой соотечественник в овраг свалился.

По склону оврага колобком катился парень, периодически выбрасывая в сторону руки и ноги, и пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь.

Но остановился он всё-таки почти у самого озерца, проехав последние два метра на пузе.

– Чёрт знает что, – выругался он, переворачиваясь и садясь. – Ай, блин!

Хлопнул себя по шее и заметил меня.

– Что за дебильные комары здесь! Кусают непонятно как, рожи у них странные, и прибить не получается, – вдруг он замер с рукой на шее. – Бааа! Моль! Вот не ожидал!

Я, если честно, тоже не ожидала здесь увидеть Аверина.