Aномалия

Что это было? Возможно, они смотрели на неё, как на эстрадную диву в её бархате. Она же вся горела полемическим задором, а они улыбались, хмыкали. Дива распалялась, а они, наверно, думали, когда же она сбежит. И не было в ней никакой забитости, страха перед матерью или начальством… Ничего, кроме веселья и озорства. Просто фонтан легкомыслия.

«Понимаешь, – рассказывала Тонечка Вальке, – я ничего не боялась и доходила до крайности. Дерзила всем – и ученикам, и администрации. Мне казалось, я одна всё знаю и понимаю, и даже другим могу указывать.

Но что я знала о страшной жизни в посёлке? Ничего. А они и так все бедные, не жизнь у них, а настоящий ад… Вот когда начала что-то понимать, пора уже было рожать, и я уехала. Наверно, Толик из детства осудил бы меня, как фитюльку. Но Толик был далеко…» … Вообще у Тони была своя теория о том, что её научила дерзости институтская подруга Семечка. Дружба с Семечкой имела для Тони и плюсы и минусы. Если раньше она готовилась к семинарам и зачётам долго и тщательно, теперь времени оказывалось совсем ничего.

– Чтобы сбегать в библиотеку, мне надо было придумать и соврать Семечке про несуществующее свидание, – смеялась Тоня, – а в библиотеке я помнила, что курсовую мне придётся писать и за себя, и за неё. Однажды даже пришлось самой и защищать этот курсак – Семечка внезапно попала в больницу «по женскому вопросу». Пошла я защищаться сперва со своей, а потом с другой группой, и зачётку Семечки подсунула. Преподаватель не заметил ничего, или не признался, только буркнул: «Вы, Семёнова, опять колер сменили…» Ещё бы – она чёрненькая, я русая… Смеху-то потом было»… Наверно, поэтому все же стала Тоня немного Семечкой…

В ту ночь в посёлке Валя узнала необычную личную историю Тони.

Они были с Семечкой на вылазке и шли обратно на электричку.

…Грустный парень в очках сидел и жёг костёр. Смотрел в огонь и переворачивал палочкой картошку в золе. Семечка тут же забыла, что они от кого-то бежали, и по привычке стала его цеплять.

Тоня молчала. В обратной электричке ехали вместе. Парень тоже молчал и без конца смотрел на подругу Тони. Это ж был фейерверк, а не девушка. У Тони заныло сердце. Антон не был похож на других. В сумке у него лежал толстый географический атлас и роман Мелвилла. И он никогда не ездил в лес с компанией. Он был такой молчун, этот Антон.

Тоня закончила свой естгеофак, Антон – строительный институт. Они уже встречались, но он всё молчал.