Где кончается порядок. Где начинается авиация, там кончаются дисциплина и порядок

Где кончается порядок. Где начинается авиация, там кончаются дисциплина и порядок

Анатолий Агарков

Взгляд на советскую армию изнутри. Так ли она сильна была, как ее выдавала воскресная телепередача «Служу Советскому Союзу» Взгляд субъективный, но честный.

Где кончается порядок

Где начинается авиация, там кончаются дисциплина и порядок

Анатолий Агарков

Где начинается авиация, там кончаются дисциплина и порядок./приписывают И. Сталину/

© Анатолий Агарков, 2018

ISBN 978-5-4490-5045-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Учил меня работать на УКАМПе старший прапорщик Драч Николай Васильевич.

Замечательный человек! Ну, как о таком не рассказать? Совсем не воинственный горлохват, а наоборот – этакий философ армейской службы. Мы с ним вели по душам беседы, делая положенную работу.

– Мне все больше нравится, Николай Василич, работать в армии. Знал бы раньше – закончил училище. Ведь военные люди – это особая категория советского народа.

Менты им в подметки не годятся, хотя тоже ходят с оружием.

– Все верно, только одно запомни: где начинается авиация – там заканчиваются дисциплина и порядок, ибо, когда писали уставы, авиация была в небе.

– На гражданке я думал – нам нужны промышленность и процветание. Дай человеку надежду на будущее для него и его семьи, и он будет счастлив. Сейчас думаю – этого мало. Нужен еще надежный щит от внешних врагов.

Драч откинулся на стуле и рассмеялся:

– Ты, Егорыч, чешешь, как настоящий замполит.

А мне было не обидно. Я думал, что это были самые приятные рабочие дни в моей жизни.

– Василич, с тобой интересно общаться.

– Нравятся армейские прибаутки? Запомни, парень – авиация держится на заклепках и подъ. бках!

– Да нет, и о серьезных вещах ты интересно рассуждаешь.

– Разве в райкоме не с кем было поговорить?

– Там другие темы и разговоры другие.

Мне очень хотелось, чтобы Драч меня понял, но и клепать на прежних своих коллег считал моветоном.

– Годы и обстоятельства меняют людей. Теперь у меня другие интересы и занятия.

Старший прапорщик состроил гримасу.

– Предпочитаешь спокойную жизнь в авиации?

– Да уж, до крайности надоела политика. Мне хотелось быть честным, а там, где работал прежде, это было совсем невозможно. Знаешь, как раздвоение личности – курировать общество борьбы за трезвость и пить вечерами в райкомовском гараже. Напрягает.